Читаем Лорд-мошенник полностью

Когда запыхавшаяся Алисия прибежала на поле, где друг против друга стояла группа воинов и вооруженные работники фермы, Огаст сделал шаг к ней, пытаясь помешать ей идти дальше. Но она оттолкнула его, пробилась сквозь стену мужчин и оказалась перед пестро одетыми индейцами.

Она переводила взгляд с одного индейца на другого, пока не признала в одном из них Медвежью Гору, который выступил вперед, как только понял, что она его узнала.

— Лоунтри? — скорее потребовал, чем спросил он, кивнув Алисии.

Огаст поспешил встать рядом с Алисией, выставив вперед винтовку.

— Чего ты хочешь от него?

Алисия раздраженно оттолкнула его винтовку. Она не спешила отвечать до прояснения кое-каких моментов. Если этот визит не был дружественным, то не стоило сообщать, что Трэвиса тут нет.

Игнорируя Огаста, Медвежья Гора обратился к Алисии:

— Хомасини просила поблагодарить Лоунтри и тебя. Ребенок родился сильным и здоровым, с признаками мужчины. Она хочет разделить радость с женщиной, которую выбрал мой двоюродный брат. Может быть, передать ей, что Лоунтри и сам ждет сына, и поэтому не придет?

Необычно официозная, напыщенная речь звучала как музыка, извлекаемая из расстроенного пианино, но Алисия была рада тому, что он не проявлял эмоций.

— Лоунтри отправился вниз по реке и еще не вернулся, но он будет очень рад узнать, что у его двоюродного брата появился сын. — Она повернулась и махнула рукой одному из стоявших за спиной мужчин. — Скажи Бекки, чтобы передала тебе шаль. Я только закончила вязать ее. Быстрее!

Алисия обратилась к непрошеным гостям, хмуро смотревшим на нее:

— Не хотите ли зайти в дом и подкрепиться? Можете сказать Хомасини, что я ношу ребенка Лоунтри и не могу прийти к ней, но хотела бы, чтобы она приняла подарок для себя и ребенка. Пойдемте, расскажете мне, как она себя чувствует.

Медвежья Гора смотрел на вооруженных работников с язвительной ухмылкой, очень похожей на ту, которую Алисии доводилось видеть на лице Трэвиса. С угрюмой решимостью он утвердительно кивнул в знак того, что принимает предложение от единственной женщины, проявившей гостеприимство. Лоунтри выбрал бледнолицую, которая обладала деловым характером и отвагой. Он что-то отрывисто сказал своим спутникам и не торопясь прошел в ворота вслед за Алисией.

Алисия не обращала внимания на недовольное ворчание вокруг. У Трэвиса были друзья в разных кругах, и он хотел бы, чтобы к ним относились с уважением. Она не видела разницы между общением с лодочниками или с индейцами. Самое время для них уяснить это.

Считая, что Трэвис и Алисия спасли жизнь ребенка Медвежьей Горы, индейцы тоже принесли подарки: мягкие бобровые меха и корзины с тыквами и зерном. Каждый из поднесенных даров Алисия встречала восторженным восклицанием, хотя и не представляла себе, как распорядиться таким щедрым подношением. Одну или две тыквы можно приспособить под ковши. Одну корзину с зерном съесть на ужин. Но что делать со всем остальным?

Но судя по тому, с каким удовольствием мужчины приносили подарки, у них, по-видимому, был ответ на этот вопрос. Такая быстрая перемена в их настроении смутила Алисию, но тут на крыльце появилась Бекки с шалью.

По сравнению со всем тем, что принесли индейцы, одной шали, связанной из хорошей тонкой пряжи, Алисии показалось недостаточно, и она напряженно думала, что можно им подарить еще, чтобы уравнять ценность подарков. Шепотом подсказанный Огастом вариант ужаснул Алисию, однако энтузиазм, с каким были встречены кувшины с виски, показал, что он был прав. Алисия заподозрила, что здесь имеет место обмен зерна на виски, но отогнала эту мысль. Она не могла и даже не пыталась понять тягу мужчин к спиртному.

В поисках более ценного подарка, чем спиртное, Алисия вспомнила о фигурке, которую Трэвис вырезал перед отъездом. Она послала за ней одного из мужчин и вручила ее вместе с шалью Медвежьей Горе.

— Для Хомасини и ребенка. Пусть он вырастет таким же свободным и независимым, как парящий над головами орел.

Расправленные крылья орла поблескивали золотом на солнце. Медвежья Гора нежно поглаживал их, глядя на двух похожих птиц, стороживших ворота. Склонность к изготовлению могущественных тотемов проявлялась у Лоунтри еще тогда, когда он был совсем ребенком. Он не сомневался, что в этих орлах есть что-то магическое. Если и была какая-то натянутость в отношениях между двоюродными братьями, то этот подарок свел ее на нет. Он с важным видом принял дар.

— Наши сыновья будут братьями. Надвигающийся злой ветер не коснется их. Они будут расти вместе, как сокол и лев, и будут стоять рядом против их врагов.

Затем, вспомнив, чему его учили миссионеры, и перемешав христианство с языческими верованиями своих предков, он добавил:

— Благословение Господу.