– Я должен проверить.

– Ты сорок лет контролируешь все секретные операции государства. Этот тип работал на тебя – да или нет?

Зачем врать? Проще сэкономить время.

– Да.

– Чем он занимался?

– Грязной работой.

– Ты дашь свидетельские показания на него?

– Нет.

– Ты в курсе, чем он занимался в последние дни?

– Нет.

– Когда вы в последний раз вступали в контакт?

– У меня для этого есть журнал. Скажу позже.

– Не пытайся морочить мне голову, папа. Я и так не дал вызвать тебя в управление из-за Анн. На этот раз у меня может не получиться.

– Я не смогу ничего сказать. Государственная тайна.

Эрван хмыкнул:

– Ты, кажется, не понимаешь, в чем именно твоя проблема. На первом месте преступления убийца оставил твое кольцо. Вторая жертва была твоей протеже. Теперь убрали одного из твоих церберов. Твоя теория мести стала реальностью. Так что давай со мной начистоту.

– Что-то ты сегодня разошелся не в меру. Займись братом и позвони мне.

Старик резко разъединился и на несколько секунд замер неподвижно. Сын прав. Перно, после Анн и кольца. В Майомбе минконди являются фетишами-мстителями. Их используют, чтобы сопротивляться колдуну или отомстить ему. Со всей очевидностью, именно его, Грегуара Морвана, убийца считал демоном, которого следует уничтожить.

Он закрыл чемодан. Новая катастрофа укрепила его решение ехать во Флоренцию. Если ему суждено погибнуть, главное – уладить единственные дела, которые его волновали, – связанные с детьми.

Спускаясь по черной лестнице, он мельком подумал о Перно. Его смерть наверняка была ужасной, но, в отличие от Анн, он был заточен под такой конец. Морвану он никогда не нравился, но фашист был не робкого десятка. Одинокий, с преступными наклонностями, наполовину сумасшедший: полезный солдат.

Если выяснится, что парень работал на Морвана, беды не будет – государство его прикроет. Но Эрван мог добраться и до исчезновения Жан-Филиппа Маро. А ведь никто не заказывал его «самоубийство». Личные дела…

На улице он подозвал такси и забрался внутрь:

– Руасси. Терминал 2G.

90

Эрван прибыл в управление ровно в девять. Он отдраил себя махровой варежкой до такой степени, что вылез из ванной красный как рак. Побрился, спрыснул себя одеколоном, надел новый костюм – он не знал, когда снова вернется домой. По дороге в контору заехал в булочную и проглотил три круассана, уже сидя за рулем. Несмотря на взбесивший его звонок отца, он по-прежнему ликовал – сколько уже времени он не занимался любовью перед работой?

В конференц-зале его чемпионы поджидали шефа. Тонфа по-прежнему оставался в Институте медэкспертизы, но к группе присоединился еще один человек: не скрывавший своего довольного вида Левантен, координатор из научной полиции. Это был высокий малый, с волосами как у индейцев-апачей, со светлыми глазами под темными густыми бровями и с повадками гордого крестьянина, возвращающегося с поля. Он всем нравился, кроме Сардинки, который ему завидовал. То, чего Фавини добивался от женщин шуточками, приглашениями и подарками, Левантен получал за одну лишь улыбку.

Левантен бросил на стол опечатанный пакет, издавший металлический звук.

– Гвозди Анн Симони в конце концов заговорили, – заявил он, натягивая латексные перчатки.

Он осторожно открыл пакет, взял один из остроконечных стержней и поднес его к свету. Кивком Эрван попросил Одри передать ему перчатки.

– Состав металла характерен для Центральной Африки, но есть кое-что еще. Здесь видно, что на шляпке гвоздя имеется клеймо. Эти гвозди использовались более пятидесяти лет назад компанией, которая на сегодняшний день уже не существует: некой «CBAO», Бельгийской западноафриканской компанией, работавшей преимущественно в Заире. Это некоторым образом… коллекционные предметы.

– Как они попали во Францию?

– Анализы выявили в ржавчине соль и другие морские микроорганизмы. Предварительно можно предположить, что железяки приплыли на грузовом судне.

Эрван взял один гвоздь, кривой, старый, изъеденный:

– По-твоему, они прибыли из Республики Конго и убийца тем или иным способом достал их в каком-то французском порту?

– Это наиболее вероятное объяснение. Если только он не сам привез их из Африки.

Инстинктивно Левантен исключил версию, что убийца конголезец.

– Куда прибывают такого рода товары?

– В Марсель. Я позволил себе сделать несколько звонков.

Левантен насмотрелся сериала «Эксперты». Совершенно не в его компетенции проводить такого рода расследование. Красавчик Брюнет не дал им времени проявить недовольство:

– Согласно службам порта Фос ящики со старым железом, импортированным из Демократической Республики Конго, время от времени переправляются международной группой люксембургской прописки, «Heemecht». – Он сверился с записями в тетрадке. – Большое количество контейнеров, отправленных из Матади, порта в Нижнем Конго, прибывает как раз сегодня после полудня в западный док порта Фос.

– Они содержат гвозди?

– Чего не знаю, того не знаю. Но имеет смысл проверить. Или наш кровопийца запасается напрямую, в момент разгрузки, или действует через европейского посредника. Наверняка у этих металлов свой рынок.

– У тебя есть имена?