Читаем Лобановский полностью

И, наконец, игра, которая долго будет помниться всем, кто принимал в ней участие, кто наблюдал за ней на стадионе или по телевидению, — игра с бельгийцами. Одна восьмая финала — проигравший едет домой. На следующий же день после полного драматизма матча, 16 июня, английская газета «Гардиан», по части футбольной тематики считающаяся одной из самых компетентных, так рассказала о нём:

«Сборная Советского Союза, продемонстрировавшая великолепный атакующий футбол, пока была основным поставщиком сенсаций на чемпионате мира по футболу. Состоявшийся вчера вечером в Лионе матч против сборной Бельгии стал ещё одним незабываемым событием. Он был полон напряжения: бельгийцы дважды сравнивали счёт и сумели всё-таки добиться дополнительного времени.

Защитник Дель Моль незамеченным выпрыгнул у дальней штанги и головой послал мяч в ворота после длинного паса ещё одного игрока обороны Геретса. Произошло это на 101-й минуте, и Бельгия впервые в этом матче вышла вперёд.

Нападающий Класен увеличил преимущество бельгийцев спустя семь минут, однако Беланов сократил разницу в счёте мощнейшим ударом с пенальти почти сразу же после этого, сделав свой хет-трик.

Скорость и точность атак советской сборной часто просто потрясали, и бельгийцам потребовалось всё их умение играть в обороне, чтобы сдерживать русских футболистов на первых минутах. Единственное, чем они смогли ответить, был удар с дальней дистанции флангового игрока Веркотерена, который Дасаев взял с трудом.

Форвард Кулеманс стремился при любой возможности идти вперёд, и стало ясно, что для Бельгии самое худшее позади. Но на 27-й минуте советская команда забила выдающийся гол. Беланов получил мяч на подступах к штрафной площадке, двинулся вправо и неожиданно нанёс пушечный удар, после которого мяч вонзился в сетку, пролетев мимо ошеломлённого Пфаффа.

Вратарь сборной Бельгии всё сделал правильно, вышел из вратарской площадки, чтобы сократить угол удара, но в разреженном мексиканском воздухе мяч пролетел мимо него. Может быть, Пфафф подумал, что он летит в сторону от ворот, но Беланову было лучше знать. Тому, кто считал, что русские никогда не волнуются, нужно было посмотреть на его лицо.

Бельгийцы сравняли счёт после того, как полузащитник Шифо получил длинный пас, находясь в положении, подозрительно напоминавшем офсайд, и ударил с близкого расстояния. Этот гол вдохновил бельгийцев, советские игроки на некоторое время сбились с ритма, но Беланов снова вывел их вперёд, послав мяч низом мимо Пфаффа.

Бельгия не сложила оружия. Ещё один длинный пас (только таким способом можно было пройти в Мексике блестящее звено советских хавбеков) застал врасплох защитников, и у Кулеманса было время, чтобы принять мяч на грудь и развернуться, прежде чем он нанёс удар по воротам Дасаева. И в этом случае были серьёзные основания полагать, что бельгийский игрок находился в положении “вне игры”».

Сравнявший счёт Кулеманс помчался к кромке поля принимать поздравления от партнёров. Шведский судья Фредрикссон отправился в центр поля — гол засчитан. Что же касается бокового судьи, испанца Санчеса, поднявшего было флажок, чтобы зафиксировать положение «вне игры», но затем опустившего его, то он потоптался-потоптался, а затем тоже засеменил к центру. Трудно сказать, понимал ли он, что натворил.

Лобановский — исключительный для него случай (сам он говорил, что это случилось впервые в его тренерской практике) — вскочил со скамейки, бросился к боковому, стал на него кричать, показывая рукой на ворота. Хотел посмотреть в глаза испанцу, говорил потом Лобановский, но тот глаза опустил. Лобановского вернули на лавочку. «Чудом оттащили», — свидетельствовал массажист сборной Михаил Насибов, никогда — ни до, ни после — не видевший Лобановского в такой ярости. Валерий Васильевич сел рядом с Юрием Морозовым и вдруг стал на него заваливаться. Подоспевший доктор Савелий Мышалов быстро привёл в чувство тренера, на мгновение отключившегося.

(За три дня до матча СССР — Бельгия Лобановский, ежедневно бегавший по утрам по своей программе, обратился к Мышалову. По всей вероятности, он не до конца учёл климатические условия, и доктор немедленно отправился с ним в медицинский центр, где у Лобановского сняли кардиограмму. Показатели оказались нормальными. Мышалов тем не менее настоял на сокращении беговой программы.

Визит в медицинский центр незамеченным не остался. Разузнавшие о нём журналисты пропустили момент, когда Лобановский и Мышалов возвратились из центра в отель, и отправили в свои издания срочные сообщения о серьёзной болезни советского тренера и его госпитализации. Услышав об этом, Ада не могла найти себе места до тех пор, пока не дозвонилась до мужа и не услышала его бодрый голос: «Все претензии к Савелию Евсеевичу. Это он тут панику организовал. Всё в порядке».)