Читаем Люси. Рассказ полностью

Ночью я проснулась от громкого плача. Приподнявшись на кровати, и прислушавшись в темноте, я поняла, что это плачет Наташенька. Скинув с себя одеяло, я встала и, тихонько подойдя к ней, взяла Наташеньку на ручки.

– Тише, тише. – Я пыталась ее успокоить.

Наташенька не переставала реветь и протягивала куда-то вперед свою ручку. Я посмотрела в ту сторону и замерла. В темноте белела аккуратно заправленная, с расправленной подушкой и свернутым одеялом, пустая кровать Люси.

Я принялась всех будить.

– Люси нет, Люси нет! – Я тормошила сонных девочек. Те, еще толком не проснувшись, озирались по сторонам, и видя кровать Люси, вскакивали со своих мест.

В шкафу мы не нашли принесенных Люси желтой юбки, блестящей блузки и побитых туфель. Также мы нигде не увидели учебника по французскому языку – Люси взяла все свои вещи. Ира, увидев опустевшее место, несколько секунд просто молча на него смотрела. И вдруг она резко рванула с места в коридор. Мы побежали вслед за Ирой. Обежав все углы и обыскав все комнаты, мы поняли, что Люси в доме нет. Нужно было идти к дежурной воспитательнице. Мы спустились на первый этаж – там располагалась административная часть и находилась спальня дежурного воспитателя. С дико стучащими сердцами, мы сначала слегка постучались в дверь спальни. Не получив ответа, мы начали бить в дверь сильнее и сильнее, больно ударяя свои руки.

– Да что происходит? – Послышалось с другой стороны двери.

В комнате завозились, зашаркали ногами и, повернув ключ, распахнули дверь.

– Екатерина Андреевна, Люси сбежала.

Целый месяц велись активные поиски Люси. Помимо полиции, ее искали группы волонтеров. По городу были развешены объявления с описанием Люси, но не было ни одной фотографии – никто не успел ее сфотографировать до исчезновения, а старые фотографии попросить было не у кого. Периодически появлялась информация, что якобы нашлась похожая девочка в соседних городах. Когда волонтеры и воспитательницы выезжали туда, выяснилось, что это совсем не Люси, и что девочка никуда не исчезала, а просто была потеряна в магазине, парке, на улице не уследившими за шустрыми детьми взрослыми.

Кто-то говорил, что видел похожую девочку на перроне вокзала. Были слухи, что какая-то маленькая девочка ехала одна в вагоне поезда. Но это все были лишь истории – каждый раз менялись названия вокзалов, появлялись уж совсем странные и фальшивые детали – якобы увиденная девочка совсем не говорила по-русски, и лепетала исключительно на французском. Спустя месяц поиски стали утихать. Надежда найти Люси становилась все меньше и меньше.

В нашей комнате мы, оставаясь наедине, не говорили про произошедшее. Каждый чувствовал вину на себе, и нам казалось, что если мы заговорим об этом, то наша вина станет как будто официальной. Наташенька и Ксюша с большим трудом переживали исчезновение Люси – Наташенька сильно плакала, а Ксюша не могла себе простить, что ее не было рядом, когда Люси в ней так нуждалась. После случившегося с Ирой произошли большие изменения. Она вообще перестала смеяться. Теперь Ира редко что-либо говорила и практически ни с кем не общалась. Только покорно выполняла работу, поступающую от воспитательниц по детдому, и готовилась выпуститься в большой мир. Обязанности главной в комнате переняла на себя Ксюша.

Однажды ночь я проснулась от плача и уже по привычке подошла к кровати Наташеньки, чтобы ее успокоить – ночные истерики теперь с ней стали происходить регулярно. К своему удивлению, я обнаружила, что Наташенька крепко спит, и что плач раздается с другой стороны комнаты. Я пошла на звук, и увидела, что плачет Ира.

– Ты чего? – Я села на край ее кровати.

Ира замотала головой.

– Да ладно тебе. – Я положила руку на плечо Иры. Ира скинула мою руку.

– Я любила правду. А теперь и ее ненавижу.

Ира выпустилась в большой мир раньше положенного – за полгода до своего восемнадцатилетия. Она нашла работу в швейном цеху и переехала к какому-то мужчине. Воспитательницы говорили, что пусть лучше так, чем если еще один ребенок попадет в детдом – уже Ирин. Ксюша смогла устроиться к тетке на мясокомбинат и помогала ей с детьми. Я иногда созваниваюсь с ней и мы всегда поздравляем друг друга с праздниками.