Читаем Люси. Рассказ полностью

– Ира, стой, не видишь, он пьяный! – Екатерина Андреевна попыталась ухватить Иру за руку, но та лишь отмахнулась от нее.

– Че надо? – Ира встала напротив отца.

Тот, качаясь из стороны в сторону, уставился на свою дочь. Охранник держал его за плечо, готовясь, в случае чего, повалить на землю, то ли наоборот, поддерживая, чтобы тот не рухнул.

– Сука ты неблагодарная. Отцу родному средний палец, значит. – Он еле шевелил языком, слова звучали так, словно его рот был полон ваты.

– Да не, папань. Очень благодарная. Спасибо, что привел сюда. Лучше уж тут, чем вот с таким дома.

Папа Иры уставился на нее. Он беззвучно шевелил ртом и тяжело дышал. Вдруг он начал плакать.

– Ты думаешь, я по своему желанию тебя, свою родную дочь, сюда привел? Нам же жрать не на что было.

– Зато сейчас, вижу, есть на что.

Отец Иры замахнулся рукой и кинулся на нее. Ира не двинулась с места. Охранник быстро повалил его на землю и выволок под громкий ор и матюги за калитку.

Ира повернулась к нам. Она посмотрела на наши любопытствующие лица, ухмыльнулась и пошла обратно в дом. Я обратила внимание, что Люси била легкая дрожь. Она обхватила себя руками, пытаясь ее унять.

Вернувшись, мы не нашли Иру в нашей комнате. Ее также не было ни в гостиной, ни в столовой. Подойдя к ванной, и дернув ручку, мы услышали голос Иры:

– Занято.

Ира не выходила к нам до обеда. Переварив утренние эмоции, мы уже подуспокоились и сидели в гостиной. Ребята устроили игру в шарадные щелбаны. Если кто-то не угадывал изображаемое животное, то получал щелбан от каждого. В кривляниях мальчишек было мало что понятно, поэтому все сидели уже с довольно красными лбами. Люси тоже была в гостиной. Она сидела молча поодаль и не принимала участие в игре. Утреннее происшествие подействовало на нее гораздо сильнее, чем на нас.

В середине дня к нам, наконец, вышла Ира. У нее были красные глаза и раскрасневшееся, слегка припухшее лицо. Она окинула нас быстрым взглядом и заметила сидевшую поодаль Люси. Та, почувствовав взгляд, подняла голову и посмотрела на Иру.

– Что, все еще ждешь своего папашу? – По опухшему лицу Иры растянулась улыбка. Она медленно начала подходить к Люси.

– Жду. – Помедлив немного, ответила Люси.

Ира остановилась.

– А что если, придет вот такой, как мой?

Люси смотрела на Иру из-под лба. Мы прекратили игру и, затаив дыхание, смотрели на разворачивающуюся перед нами сцену.

– Он не такой. – Совсем уже тихо проговорила Люси.

– Ну а какой? – Ира сделала особенное ударение на “какой”.

Люси ничего не ответила. Ира широко улыбалась. Она знала, что сейчас наступил тот самый момент так ею любимой правды. Она скажет сейчас все то, о чем уже давно догадалась. И ее не сможет остановить ни Ксюша, ни кто-либо другой.

– Ты же не знаешь, какой у тебя отец. Ты даже не знаешь, кто он, чем занимается, и где вообще живет. Может, он бухает в соседнем дворе вместе с моим. Ты же его ни разу не видела. Твоя бабушка все это время врала, чтобы не расстраивать любимую внученьку. Теперь бабушки нет, и врать теперь тоже не кому. Родители тебя просто бросили, также, как и всех нас. Ты никому не нужна. Никто за тобой не приедет. И не в какую Францию ты не поедешь. И никакая ты не Люси. Ты Люда. Люююю-даааа. – Ира насмешливо растянула ее имя. – Люда, Люда, Люда. – Ира начала громко, на всю гостиную, скандировать ее имя.

Размахивая руками, она стала агитировать других присоединиться к ней. Скучающие ребята, учуяв развлечение поинтереснее шарадных щелбанов, тоже начали выкрикивать имя Люси.

– Люда, Люда, Люда, Люда, Люда. – Писклявые, хриплые, басистые, звонкие и громкие голоса начали доноситься отовсюду.

Люси побледнела и встала, зажав в кулаки края своих штанин. Она стояла неестественно прямо, вытянувшись, как струна и с ужасом смотрела на орущих ребят.

Я, поддавшись общей волне, тоже начала дразнить:

– Люда, Люда, Люда.

Во всем этом было что-то упоительное. Мы окружили ее, смеялись, и кричали, кричали ее имя. Наташенька, которую напугали громкие крики, начала жалобно хрюкать.

Люси задрожала. По ее щекам потекли слезы. Она, как загнанный зверь, начала отходить к коридору.

– Я Люси, Люси! – Ее голос звучал тихо, из-за сдерживаемых рыданий она еле могла говорить.

– Ты Люда! – Смеясь, орала Ира.

Мы вплотную подходили к Люси. Мальчики кривлялись, кто-то свистел, кто-то громко смеялся. Рот Люси скривился от рыданий. Всхлипнув, она резко развернулась и побежала от нас по коридору. Мы в догонку продолжали свистеть, смеяться и орать:

– Люда, Люда, Люда.

Вечером мы нашли Люси лежащей лицом вниз на своей кровати, под одеялом. Она не отреагировала на наш приход. Было похоже, что Люси спала, хоть ее дыхание и было неровным.

– Ничего, скоро придет в себя. – Ира завалилась на свою кровать.

Мы все переоделись, с трудом уложили разволновавшуюся от всего пережитого Наташеньку, и разошлись по своим кроватям. Я еще раз кинула взгляд на горку с одеялом на кровати Люси. Мне было немного стыдно.