Читаем Любовное море полностью

И вот однажды, когда он снова пялится в монитор взглядом зомби из американского фильма, произошло кое-что, что заставило его, как следует взбодриться.

Родителей парня не было дома. И он преспокойно играл в очередной шутер, все дальше уходя от проклятой реальности.

Но сделать это не позволил его дверной звонок. Он подал свой идиотский сигнал, заставив парня подпрыгнуть.

— Какого черта! Ошибся кто-то, — сразу подумал Макс. Но звонок снова взялся за старое.

— Мне не нужен ваш хренов пылесос, суши или что вы там рекламируете! — Не зная, зачем выкрикнул Макс. Как бы вторя его словам, звонок вновь подал голос.

С непреодолимым желанием убить любого, кто бы там не пришел, Макс выскочил в коридор и распахнул дверь.

На пороге стоял Колян. Тот самый Колян, с которым они нормально не общались уже целый год. Тот самый Колян, который забыл про Макса, тратя все свободное время, на Лерку.

Но теперь он без предупреждения ломился в его квартиру. Наверное, этому хитрому дятлу что-нибудь надо? Определенно так!

— Колян? Что ты хотел? Я тебя кроме школы лет десять не видел.

— Макс! Произошло кое-что очень важное. Ты единственный, кому я могу это рассказать, чувак. Я пришел, чтобы помочь тебе и заодно поделиться всем этим. Давай! Выползай из своей трехкомнатной жопы!

Голос парня был весьма торжественным. Это даже немного завело Макса.

— Слушай, если это так важно, то расскажи это в хате. У меня как раз родоков нету. Так лучше будет, — Макс сделал жест рукой, как бы приглашая его войти.

— Ну… Как знаешь, — Колян возбуждено заскочил в квартиру. Максим проводил своего гостя в зал.

Там он усадил нежданного визитера на диван, а сам принес из холодильника лимонад и сел на большое кресло, купленное еще в конце девяностых. Конечно, можно было сказать, что парни выпивали пиво. Но в отличие от американских семей, у нас в холодильниках редко можно встретить что-то покрепче молока. И это не потому что все такие правильные. Просто алкоголь для простых, русских семей — это дорогое удовольствие. Слишком дорогое, чтобы запасать его впрок.

Так что даже тот факт, что лимонад оказался в наличие — это уже настоящее чудо.

— Чувак, я не буду медлить и сразу скажу, — запинаясь, произнес Колян, отпивая лимонад из кружки. — Я хочу пить, как сука, потому что у меня аж все горит. Щас бы прям выпил ведро, если бы было. Иногда знаешь, такой сушняк бывает.

— Спасибо за быстрый и четкий рассказ.

— А да, точно! Значит так, у меня было «это» с настоящей девушкой!

— Это что такое за «это»? Я на твоем языке не понимаю, — Макса так рассмешил Колян, что у него даже появилось чувство юмора. И он почувствовал себя заметно лучше.

— Я занимался сексом, старик! Вот что значит «это»! Я вставил телке в первый раз в жизни!

— Какого черта! Ты мутишь с Леркой уже полвека. И ты только сейчас ее «завалил»!?

— Да какая еще Лерка? Я ее послал две недели назад.

— То-то я не вижу вас вместе в последнее время в школе… Соболезную, чувак.

— Да какое в жопу соболезнование!? Мне плевать на эту плоскую суку! Я уже после первых двух месяцев ее разлюбил. Так мутил, пока мутится… Она такая целка-патриотка, что в ее трусы и отряду нац. гвардии не пробраться. Это она с виду похожа на нимфоманку. А так нееее… — Колян скорчил смешную рожу, показывая крайнее пренебрежение.

— Подожди! Если не Лерка, то кто же тогда тебя так осчастливил?

— Ирка Дыркина! Как тебе такое!?

Колян говорил об Ирке Цвиркиной, которую «местные, народные сказители» прозвали Дыркиной.

Это странноватая особа, которой было уже лет под тридцать, вполне любила выпить и все что связанно с данным действом. Она спокойно признавалась, что ей плевать на любые отношения, кроме постели.

За это ее все молодые мамочки, вместе с бабками совковского разлива, мечтали сжечь на костре. То ли они реально были ярыми борцами с содомом, то ли просто завидовали.

Ведь в их жизни не было ничего, кроме пьяных хрюканий собственных мужей и грязных пеленок. А Ирка воплотила в жизнь все тайные мечты, которыми полна почти каждая вторая особа женского пола, вопреки всем своим выкрикам о высших ценностях и материнстве.

Услышав ответ Коляна, Макс даже немного поперхнулся лимонадом.

— Как так! Она же старая. Как она вообще тебе дала?

— Ну, я тоже не молодой. Мне уже через полгода восемнадцать…. Это целая история. Здесь прям шпионская сага намечается.

— Да говори ты уже, шпион хренов! — Не выдержал Макс. И Колян начал говорить.