Читаем Любовь воительницы полностью

– Разве не этого ты хотел для меня все эти годы? – Девушка взяла небольшое полотенце и смахнула несколько капель воды, попавших на стол.

– Рано или поздно тебе все равно придется выйти замуж, Зенобия. Но я хочу, чтобы ты была счастлива. Оденат богатый, воспитанный и умный молодой человек. И все же… Если ты предпочитаешь кого-то другого – все исполнится по твоему желанию, дитя мое.

– В принце меня беспокоит только одно… – в задумчивости проговорила Зенобия. – Очень жаль, что он так легко уступает римлянам – вообще без борьбы. Знаешь, я этого не понимаю…

Забаай едва заметно улыбнулся.

– Все очень просто, Зенобия. Пальмиру, как тебе известно, основал Соломон Великий, царь Израиля. И она всегда была торговым государством. Нас никогда не интересовало расширение границ, и мы не захватывали земли соседей. Наш единственный интерес в том, чтобы зарабатывать деньги. Поскольку же все нуждались в нас и в наших талантах – да мы еще и расположены в сирийской пустыне, – нас никто не трогал. Но Рим – завоеватель, и, как всякий захватчик, боится своих соседей. Пальмира стала для Рима аванпостом против Персии, Китая и Индии. Однако мы – люди торговые, а не солдаты, и поэтому у нас никто никогда не готовился к обороне. В конце концов, нам это и не требовалось. И если Оденат сейчас попытается свергнуть власть Рима, то римляне уничтожат город. Он делает самое умное, что только может, – радушно принимает их, спасая таким образом всех нас. Так что не суди его слишком строго. Когда же придет время, он выгонит их с нашей земли, и тогда мы снова станем сами себе хозяева.

– Если я выйду за принца, будут ли мои дети его наследниками? Сплетни утверждают, что он очень привязан к одной из своих наложниц и ее детям. Я не потерплю, чтобы чьи-то дети заняли место моих.

– Твои дети будут его законными наследниками, дочь моя.

– Тогда я выйду за него, отец, – ответил Зенобия.

– Погоди, дитя мое, – предостерег ее Забаай. – Прежде чем согласиться на этот брак, узнай Одената поближе. А потом… Если ты и тогда захочешь выйти за него, то так тому и быть.

– Но ты же сказал, что рано или поздно мне все равно придется выходить замуж, отец. Принц сделал мне предложение, и я его принимаю. Если я должна выйти замуж, то пусть это будет мужчина, живущий в Пальмире. И тогда мне хотя бы больше не придется ездить в твою пустыню.

Глаза Зенобии лукаво сверкнули, и Забаай невольно рассмеялся. Как же он любит эту малышку!

– Принц очень красив, – продолжила девушка. – Он всегда был добр ко мне, и я ни разу не слышала, чтобы люди называли его несправедливым правителем. Кажется, что в нем вообще нет злости.

Зенобия прекрасно понимала: каким бы справедливым ни хотел быть ее отец, отказать принцу не сможет, – но все же была благодарна отцу за то, что хотя бы делал вид, будто оставлял выбор за ней.

– Но ты ничего не сказала о любви, дитя мое. Чтобы брак получился успешным, между мужчиной и женщиной должна быть любовь. В тот миг, когда я много лет назад увидел в Александрии твою мать, сразу понял, что полюбил ее, а она поняла, что полюбила меня. Любовь поддерживает мужчину и женщину в тяжелые для обоих времена.

– Ваша с мамой история очень необычна, отец. Тамар говорит, что любовь – это чувство, которое, как правило, вырастает между мужчиной и женщиной постепенно. Я верю, что со временем смогу полюбить Одената, а он уже любит меня, я вижу. Ты заметил, как он вел себя сегодня? Мне не хотелось смеяться над ним, но он так глупо выглядел с раскрытым ртом!

Зенобия хихикнула, а Забаай подумал, что сейчас не вполне подходящее время объяснять дочери разницу между похотью и любовью. Пусть девочка верит, что Оденат уже влюблен в нее. И пусть принц получит это небольшое преимущество.

– Прихорошись, дитя мое, – посоветовал он и поцеловал дочь в щеку. – Ты сегодня вечером можешь поужинать с нами, а не с женщинами.

Оставшись одна, Зенобия повернулась к круглому зеркалу из отполированного серебра и в задумчивости посмотрела на свое отражение. Все говорили, что она красавица. Что ж, по сравнению с другими девушками племени, возможно, и так, но сможет ли она соперничать с женщинами Пальмиры? Сочтет ли Оденат ее самой красивой? Кроме того… Она знала о его наложнице Делиции, и было очевидно, что ей придется смириться с этой женщиной. Рабыня из северной Греции, Делиция, по слухам, была необычайно красивой – светлокожей, с лазурными глазами и белокурыми волосами.

Зенобия окинула себя критическим взглядом: бледно-золотистая кожа, щеки на овальном лице чуть тронуты абрикосовым оттенком, длинные густые темные волосы, шелковые на ощупь… «Должно быть, они очень нравятся принцу», – подумала она, вспомнив, что он прежде часто гладил ее по волосам.