Читаем Любовь мстителя полностью

— Моя мама всегда помогала организовывать данное мероприятие, — объяснила она, играя остатками шампанского на дне бокала, чтобы скрыть дрожь в руках. — Хотя, думаю, мы все так или иначе окажемся затронуты проблемой рака. Я никогда не знала лично ребенка, который пострадал от этой болезни. Если бы прежде, чем поддерживать борьбу, я ждала сначала такой трагедии, это бы сделало меня довольно эгоистичной. Вы так не думаете?

Пока она говорила, он небрежно протянул руку, забрал из ее пальцев бокал шампанского и заменил его новым от проходившего мимо официанта. Плавные, неторопливые движения. «Приятно смотреть», — подумала она, постаравшись не вздохнуть.

— Соглашусь. Вы сказали, что ваша мать «помогала» организовывать. Она переключилась на что-то другое?

Ну вот...

Ева покачала головой.

— Она скончалась два месяца назад.

— Огромная утрата для дочери. Очень сочувствую, Ева. А ваш отец?

Она моргнула. Вау. Разговор превращался в слишком личный. Габриэль так быстро подошел к этому, что она едва почувствовала.

— У меня нет отца, — сказала она с обычной откровенностью, желая отблагодарить за то, как он помог ей легко справиться с этим. — Он ушел от нас с мамой, когда я была маленькой, — объяснила она. Печальная правда касалась донора спермы, а не ее, а потому ей не нужно было приукрашивать.

Габриэль кивнул, внимательно наблюдая, как будто действительно интересовался ответами на свои вопросы.

— Значит, были только вы вдвоем, что без сомнения делает ее уход вдвойне тяжелым. Это слишком много, чтобы справиться самостоятельно. Вы видели его когда-нибудь? Может быть, по праздникам?

— Я не видела его с тех пор, как мне исполнилось двенадцать недель от роду, и не узнаю, даже если он будет стоять прямо рядом со мной.

Девушка сделала глоток шампанского. Стоящий перед ней Габриэль так завладел ее вниманием, что даже если мимо прогуляется Махатма Ганди, она бы вряд ли заметила.

*** 

Габриэль продолжал разглядывать слегка повернутое в сторону лицо этого изысканного создания. Он никогда не был так счастлив, что Алек согласился на его предложение обновить и приукрасить «Кроун Джевел», а не продавать, как они изначально планировали. Без отеля их первый разговор с Евой состоялся бы в нескольких кварталах отсюда в конференц-центре на углу Восьмой и Пайк. Находясь здесь, в собственном здании, никто, черт побери, не мог ничего сказать ему, если бы он делал с Евой все, что заблагорассудится, так долго и громко, как он хотел бы. И это было прекрасно. Почти так же прекрасно, как наконец разговаривать с девушкой, которая, ничего не делая, преследовала его уже на протяжении недель.

Впервые после того, как он увидел ее фотографию и стал отвечать за ее безопасность, мужчина был спокоен. Она находилась в его доме и под его защитой.

Стараясь ради нее играть роль джентльмена, он отложил на потом мысли о ней, запутанной в его простынях. Он хотел знать, что она чувствует по поводу отсутствия Василия в ее жизни. До сих пор девушка была безрассудно-беззаботной по поводу всего этого.

— Вы когда-нибудь пытались с ним связаться?

Ева подвинулась к нему, когда группа женщин прошла мимо. Габриэль проглотил стон от ее аромата, достигшего носа. Она пахла теплым густым медом. Сладким и восхитительным.

Она сделала еще один глоток из бокала, прежде чем ответить, ее прекрасные глаза сузились.

— Кто-нибудь говорил, что вы задаете много личных вопросов?

Попался. Самым интересным способом. Для нее они были двумя людьми, которые виделись лишь однажды в вестибюле случайного здания в Нью-Йорке. Она понятия не имела, насколько хорошо он на самом деле знал ее.

— Простите меня, — ему ничего не оставалось, как ответить.

— Прощаю. — Медленная улыбка расползлась на ее лице, и это было ударом под дых. — Я никогда не пыталась найти его, — призналась она. — Итак, теперь, когда вы знаете мои самые глубокие и мрачные секреты, почему бы не рассказать мне один из ваших?

Ладно, моя милая. Я вырос в жестоком безжалостном мире, где выживает сильнейший. Предназначенный быть не кем иным, как беспощадным криминальным боссом, который поведет свою итальянскую семью к самой вершине. Я убивал людей, избивал их до неузнаваемости, резал их, еще больше пристреливал, и нарушил больше законов, чем твои местные политики. И хотя я знаю о возможных смертельных последствиях, все равно хочу, чтобы ты была моей.

Ве-е-ерно. Внезапно честность стала выглядеть не так хорошо. Он полностью проигнорировал ее предложение и переключился на роль хозяина.

— Желаете еще шампанского? Или чего-нибудь из еды, учитывая, что вы уже выпили два бокала.