Читаем Любить Не модно (СИ) полностью

А я, как рыба, выброшенная на берег, хлопаю ртом и ничего в ответ сказать не могу, пока посетители глаз с меня не спускают и, не стесняясь, улюлюкают, а девушка-кассир за прилавком – единственная, кто прибывает хотя бы в некотором замешательстве от происходящего.

— Алин?! — посмеивается официант. — Ну чего ты там возишься? Я сейчас чаевых из-за тебя лишусь!

— Ты вообще в этом баре не работаешь! — смеётся кто-то в толпе, и в голове фейерверком вспыхивают сразу два вопроса: «Он не официант?!» и «”Клевер” – это… бар?!»

— Что? Как?! — Парень, разыгрывая драму, с наигранно шокированным видом хватается за сердце и во все глаза смотрит на меня: — Я здесь не работаю?! То есть… То есть я не официант и… Подождите, то есть… О, Боже… это значит, что я не смогу принести вам кофе?!

Такого оглушительного смеха я давно уже не слышала. А чтобы ещё и я была ему причиной!

Дурацкий город. Дурацкий день. Дурацкое кафе!

А это вообще придурок какой-то!

— Не знаю, откуда вы такая взялись, мисс-плохое-настроение, но здесь, как и в большинстве заведений этого города - самообслуживание. Так, на всякий случай сообщаю, если вдруг ещё кого-нибудь припахать захотите. — Толпа притихает, а парень улыбается мне стоит и даже безо всякой язвительности. Ну, вроде как сначала облил помоями, а теперь заверяет, что они мне к лицу.

Забрасываю телефон в сумочку и поднимаюсь с (ни фига не удобного, кстати) стула.

— Дамочка, значит? — повторяю язвительно и с возмущённым видом складываю руки на груди.

Глаза парня в подозрении сужаются.

— Нет? — спрашивает, и вдруг его осеняет словно! — О-о-о-о… а так сразу и не скажешь. Прости, парень.

— Кто?! — Нет, ну это уже ни в какие рамки не укладывается! — Я не парень! Понял, ты, — и слово такое гадкое с языка срывается, — фрик!

Толпа ахает и резко затихает.

Кажется, мне здесь не рады.

— Хм, — смотрит на меня в упор. — Знаешь, если бы я здесь работал, то…

— Вышвырнул бы меня отсюда? — с вызовом.

Глаза щурит:

— Попросил бы больше не приходить.

И тишина.

Прочищаю горло и раз я и так уже дрянь, то быть мне ею до конца.

— Это хорошо, что ты здесь не работаешь, — выдавливаю скользкую улыбку. — Потому что, если бы это была твоя работа, уже завтра пришлось бы искать новую.

Вновь руки в карманы прячет, коротко усмехается, не сводя глаз с моего лица, и словно выжидает чего-то.

— Мить? — зовёт его девушка за прилавком и ставит на него стаканчик с кофе. — Я это… кофе. Как ты просил.

— Ну надо же! — усмехаюсь. — Спасибо… Алина, кажется?

Бодрой походкой шагаю к прилавку, забираю кофе, возвращаюсь к этому придурку, достаю из сумочки купюру в пятьсот рублей и вкладываю в карман его рубашки.

— За кофе заплатишь, а остальные себе на чаевые возьмёшь, — подмигиваю и стучу каблуками к выходу. — Пролетариат.

ГЛАВА 2

— Ну и где здесь шкафчики? — Кручусь посреди школьного коридора второго этажа средней школы номер три, и пытаюсь сориентироваться в пространстве. Та ещё задачка однако, учитывая обстоятельства сегодняшнего утра, когда мне настолько испортили и без того не радужное настроение, что даже вот эти стены, выкрашенные в отвратительный грязно-зелёный, кажутся бесконечным, раздражающим лабиринтом.

Ай, к чёрту шкафчики.

Свет в фойе не горит, как и на всём этаже собственно, отчего приходится подходить к каждой двери вплотную и читать табличку с названием предмета.

— Кристина? — уже знакомый голос завуча Раисы Павловны (кажется, её так зовут), которая несколькими минутами ранее успела отчитать меня за опоздание в мой первый же учебный день, затем ознакомила со школьными правилами, потому что так положено, вручила расписание уроков и отправила в кабинет математики. На каком этаже этот кабинет и какой у него номер, видимо, сообщить забыла, а я в свою очередь напоминать не стала и решила самостоятельно отправиться на поиски, чтобы потянуть время, ведь до конца второго урока осталось не более пятнадцати минут.

— Почему ещё не на уроке? — нравоучительно осведомляется, упирая руки в бока, отчего бирюзовая блузка из стопроцентной синтетики натягивается на объёмной груди так сильно, что одна из пуговиц норовит отскочить мне в глаз.

— Я кабинет ищу.

— А я разве… — замолкает и резко нахмуривается. — Должно быть… Пойдём, я тебя проведу.

— А где мой шкафчик? — интересуюсь, поднимаясь вслед за завучем на третий этаж.

Бросает на меня хмурый взгляд через плечо:

— Шкафчик?

— Шкафчик для моих вещей.

— Но… Кажется, ты что-то перепутала, Кристина.

А… Блин.

Русская провинциальная школа.

— Забудьте.

Раиса Павловна доводит меня до тридцатого кабинета, но дверь открывать не спешит, вдруг поджимает губы и смотрит строго: