– Плохо, – мрачно проговорила Элинэ, разглядывая гадательную кость. – Очень плохо.

– Что плохо, бабушка? – спросил Пакин, стоящий перед старой шаманкой и ее молодой ученицей.

Старуха обессиленно молчала, продолжая смотреть на трещинки и пятна гадательной кости.

Дина подняла взгляд на Пакина.

– Элинэ увидела на этой кости скорую смерть, – тихо сказала она.

Лицо у Пакина стало суровым, а взгляд – холодным и ясным.

– Кто должен умереть? – спросил он.

– Умрешь ты, – глухим старческим голосом ответила Элинэ. – И она. Если не уйдете из пауля.

– Уйти из пауля? – удивился Пакин. – Но куда мы пойдем? Ты не сможешь пройти далеко.

– Я не собираюсь уходить, – глухо и нервно проговорила старуха. – Уйдете вы с беловолосой.

– Как мы? – снова удивился Пакин. – А ты?

Элинэ посмотрела на него недовольным взглядом.

– Я сказала, что смерть угрожает вам двоим. Вы должны уйти. Иначе умрете не только вы, но и я. Вместе с вами.

Пакин смотрел на нее недоверчиво и неодобрительно.

– Но как ты здесь будешь одна, бабушка Элинэ?

– Как-нибудь буду, – проворчала старуха. – А вам надо собираться. Времени осталось мало. Смерть уже идет по вашим следам. Ты должен увести беловолосую, Пакин. И запутать следы, чтобы смерть вас не нашла.

На лице Пакина застыло сомнение. И тогда Дина сказала:

– Элинэ права. Я тоже видела смерть. И не только. – Она перевела взгляд на старую шаманку. – Что тебе сказал дух-покровитель, Элинэ? Он недоволен тем, что ты взялась обучать меня камланию, правда? Он на тебя рассердился.

– Не лезь в мои дела! – неожиданно вспылила старуха. – И берегись волков-призраков! Не подпускай их к себе! Это все, о чем ты должна думать.

– Расскажи мне про этих волков, – попросила Дина.

– Мы называем их хызылы, – произнесла старуха. – Хызыл – это волк-оборотень. Он может жить сразу в двух мирах. В нижнем и в среднем.

– В нашем мире и в мире призраков?

– Да. Пулей его не убьешь. Только самый сильный шаман, побывавший по приглашению духов во всех трех мирах, способен с ним справиться. Но для этого шаману нужен бубен, сделанный из человеческой кожи.

Старая Элинэ замолчала. Молчала и Дина, пытаясь представить себе загадочных волков-оборотней. Молчал и Пакин, держась за рукоять ножа и, должно быть, представляя себе, как сдирает с чудовищных тварей шкуру.

5

Утомленные многокилометровым переходом, «киношники» с удовольствием остановились на привал. Холодный ветер утих, в лесу было красиво и спокойно. Игорь отправил Мишутина и Виктора за хворостом, вручив им два маленьких туристических топорика. Сам же, позвав на помощь коротышку Килима, быстро и умело наломал еловых ветвей и устроил вокруг будущего костра что-то вроде лежанок.

Вскоре Мишутин и Виктор вернулись с охапками хвороста. Пока проводник Игорь разжигал костер, Алевтина и Виктор сняли на кинокамеру несколько общих планов, потом сделали крупный план Алевтины, читающей дневник путешественника Пичугина.

– Недалеко от этого места Пичугин потерял первого члена экспедиции, геолога Ряшенцева, – говорила Алевтина. – Проснувшись утром, путешественники обнаружили, что спальный мешок Ряшенцева пуст. Вскоре они нашли пропавшего геолога. Ряшенцев лежал на ветках речного плавуна, его тело в нескольких местах было проткнуто – то ли ветками, то ли каким-то оружием вроде пик или копий…

После окончания съемок Алевтина и Виктор быстро нарезали хлеб, ветчину и сало на бутерброды. Виктор по собственной инициативе вскрыл еще и банку тушеного мяса.

Наконец все уселись вокруг костра, жаркие огненные языки которого порхали под днищем пузатого чайника, как пойманные рыжие птицы. От этого живого тепла, от треска хвои, пожираемой огнем, путешественникам было уютно и радостно.

– Шикарный бутерброд! – похвалил, уплетая бутерброд с ветчиной, Мишутин. Языки огня мерцали в стеклах его затемненных очков. – И пицца не нужна.

– Ты бы дождался чая, – с упреком сказала ему Алевтина.

– Не волнуйся, я под чай еще съем.

Глядя на него, оператор Виктор не удержался и тоже схватил бутерброд, но не с ветчиной, а с тушеным мясом.

– Игорь, – обратилась Алевтина к проводнику, – а мы будем охотиться?

– Нет, – ответил Игорь. – У нас с собой много припасов.

– Тогда зачем ты взял с собой ружье? – поинтересовался Мишутин.

– В лесу без ружья никак нельзя! – встрял в разговор коротышка Килим. – Плохие люди придут – что делать будешь?

– Какие плохие люди? – удивился Виктор. – Здесь же, кроме нас, никого нет.

– В тридцати километрах отсюда есть лагерь, – объяснил Игорь. – Иногда оттуда сбегают уголовники. Это случается редко, но нужно быть готовым.

– И что мы сделаем, если на нас нападут уголовники? – спросил Мишутин тихим голосом. – Ты их что, перестреляешь из своего ружья?

– Если придется – перестреляю, – ответил Игорь и сунул в рот кусок ветчины. – Кроме ружья, у нас есть топоры, – добавил он с набитым ртом. – Да и физическая сила. Все-таки нас тут четверо крепких мужиков. Как-нибудь справимся.

– А меня вы в расчет не берете? – обиженно проговорила Алевтина.

Мужчины заусмехались.

– В этом деле ты слабое звено, – авторитетным голосом объявил ей Виктор.