Читаем Лимб. Анафемные души полностью

Связываю мокрые волосы в пучок и нехотя шагаю следом, угрюмо пялясь себе под ноги.

Что ж, Рэйвен своего добился – опустил меня ниже плинтуса и теперь ведёт себя, как если бы это я его отыметь хотела! А всё, что остаётся мне – делать вид, что ничего абсурдного между нами не произошло. По крайней мере, до тех пор, пока не удастся вытащить из него оставшиеся воспоминания о моей жизни. Да и… стоит ли вообще париться, если уже через пару дней – я нежилец?

– Хочу увидеть больше! Хочу увидеть свою жизнь! – кричу ему в спину, прямо у самого окна в другой сектор.

– Хоти. Я здесь при чём? – безразлично отвечает и переступает невидимую границу, а Лори толкает следом и меня.

Материализация скалистой местности вряд ли способна хоть кого-то привести в восторг. Тащиться в гору по неровным выступам, острым камням, то и дело падая и сбивая колени в кровь – занятие для идиотов, когда есть возможность обойти этот сектор. Но видимо Рэйвен куда-то ооочень спешит и то и дело меня подгоняет. И эти несколько не особо приятных словечек – всё, что я от него услышала за последние часы.

Солнце близится к закату, прощаясь, вытягивая длинные лучи из-за горизонта. Сумерки так быстро сгущаются над промежуточным сектором, что не успеваю отследить ту секунду времени, когда меня уже бросает в жар и первые капельки пота скатываются по вискам.

Сегодня ночью будет пекло. И, поверьте, от лютого холода ничем хорошим это не отличается.

– Шевелись, если и эту ночь не хочешь провести в пути! – даже не смотрит в мою сторону.

– Где вообще тот сектор, где я смогу отследить «свою» анафему? – бросаю ему в спину. – Долго ещё тащиться?

– В том секторе будем завтра.

Завтра?

– Ладно. В таком случае, куда же палач ведёт меня сейчас?

Рэйвен не оборачивается, уверенно шагает вперёд, так что приходится едва ли не бежать по его стопам.

– Планы изменились.

– Изменились? А разве не поиск той анафемы стоял в планах на первом месте? Куда ты меня тащишь?!

Останавливается, упирает руки в бока, и я замечаю, как высоко поднимаются его плечи от тяжёлого вздоха.

– Окно здесь, – кивает в бок.

– Окно… куда? – подхожу ближе.

– Прыгай!

– Сначала ответь: что за планы у тебя изменились?

Снова вздыхает, тяжело глядя мне в лицо:

– У меня назначена очень важная встреча, ясно? А я забыл.

Хмурюсь:

– Ты забыл об очень важной встрече?

– Забыл об очень-очень важной встрече. Прыгай, сказал! – Рука Рэйвена оказывается на моём лице, ладонь накрывает глаза, и уже спустя секунду мы отправляемся в полёт через окно, где в каком-то там секторе у палача Лимба назначена очень важная встреча.

***

– Сиди здесь. Еду скоро принесут. Я пошёл. Скоро вернусь. Лори за тобой присмотрит, – будто зачитывая моё расписание на эту ночь, произносит Рэйвен, обхватывает за талию светловолосую заблудшую, которая уже вовсю трётся об него своими гигантскими сиськами, и направляется с ней к одной из халуп больше похожих на полуразрушенный курятник, безвкусно украшенный гирляндами с мигающими лампочками. А я тупым взглядом провожаю его белую макушку и сама не замечаю, как начинаю истерично посмеиваться.

– Важная встреча, значит? – улыбаясь, смотрю на Лори. Та негромко скулит в ответ, опускает морду на землю и, похоже, прикрывает глаза передней лапой, будто отказываясь это комментировать. И я её понимаю!

– Очень-очень важная встреча, – продолжаю усмехаться.

Рэйвен притащил меня в сектор торговцев душами, просто чтобы… потрахаться?!

Простите, но эта тупая мысль никак не хочет укладываться в моей очевидно тупой голове. Как и мысль о том, что сейчас я нахожусь нигде иначе как в одном из секторов торговцев душами!

И название это говорит само за себя.

Я не много слышала об этих аморальных уродах без каких-либо моральных принципов и солидарности к себе подобным, но представление имею о том, что происходит в подобных этому секторах. А стоит оглядеться и всё без слов становится понятно.

Шик, лоск и блеск! Зеркальные стёкла элитных коттеджей играют бликами уличных фонарей. Слышны всплески воды – видимо кто-то успешно избавляется от ночной жары, коротая время в одном из просторных бассейнов. Отовсюду доносится музыка и смех, слышен звон бокалов, а также звуки доказывающие, что прилюдной оргии в этом секторе никто не стесняется.

Яркие неоновые вывески озаряют узкие улочки выстроенного с нуля поселения в одном из секторов, в котором с лёгкостью можно было разместить целый мирный город, если бы только торговцы душами не устроили здесь притон и не начали жить на полную катушку пользуясь всеми доступными чудесами материализации.

А где-то под всем этим шиком и лоском кирпичных строений утопающих в ярком неоновом свечении… Где-то под всеми этими гладкими мозаичными дорожками по которым отстукивают каблучки местных заблудших шлюх… Где-то под пабами, казино, и просто элитными домами торговцев находится подземная тюрьма, где тысячи заблудших душ теснятся в камерах, даже не подозревая, что все они уже давно умерли, и смиренно ждут своей очереди, когда здешние управленцы пустят их на корм фантомам.

Так здесь всё происходит. Так поддерживает жизнь этот сектор.