Читаем Лимб полностью

– Во время последней войны лимбом пользовались иерархи Посторонних, – объяснил свою реплику Коэн. – Они имеют сюда доступ, насколько мне известно. И жнецы – тоже. Вы полагаете, что Хранилище находится в безопасности?

Странная самоуверенность.

Последние слова Коэн не высказал вслух.

– Ты плохо представляешь геометрию этого мира, – снисходительно улыбнулась Вэй. – У лимба нет ничего общего с планетами. Это сложная топографическая конструкция. Чтобы попасть в определенную точку пространства-времени, надо знать координаты аналога в реальной вселенной. Путешествие через эту пустыню может затянуться на века.

– И как вы в ней ориентируетесь?

– Никак. Обязанности по управлению Скитом лежат на искусственном разуме. Это кормчий, не совершающий ошибок.

Волшебник задумчиво кивнул.

Да, похоже многие ответы следовало искать именно здесь. Чувствовалось, что к созданию лимба приложили руку сами Демиурги. Ну, или не к созданию, а к освоению. Вряд ли магелланцы наткнутся на Блуждающий Скит в обозримом будущем. Изящное и простое решение.

Коэн вернулся в гостиную и прислонил посох к стене. Он понял, что находится в окружении друзей. Пусть загадочных, непостижимых, но вовсе не таких враждебных, как могло бы показаться изначально.

– Вэй, – вкрадчиво произнес Коэн, глядя в упор на Архивариуса. – Я не знаю, сколько у меня времени. Думаю, мало. Предлагаю сократить мое пребывание здесь.

– Каким образом? – женщина слегка изогнула бровь.

– Вы, Архивариусы, знаете тайного агента Демиургов на Земле, – улыбнулся Коэн. – Сообщите мне его имя.

– Так просто, – хмыкнула Вэй.

– Зачем усложнять? Я поговорю с представителем творцов и наверняка сумею уладить намечающийся конфликт.

Женщина покачала головой.

– Нет.

– Что – нет?

– Я не имею права на разглашение этой информации. Поэтому – нет. Кроме того, я не думаю, что твои действия увенчаются успехом.

– Почему?

– Если Земле суждено погибнуть – она погибнет. Пойми одну вещь, Коэн. Наши предки – вовсе не бездушные мясники, как полагают Посторонние. Война с магелланцами далась им тяжело. А Земля – их родной дом. Но опасность, исходящая из Магеллановых Облаков, слишком велика. Скажу больше: утечка может произойти здесь, в Хранилище Скита. И это – потенциальная угроза всем нам.

– И всё же я получил допуск.

– Как доверенное лицо, – кивнула Вэй. – Я не знаю, что будет, если о твоих поисках узнают Демиурги. Не знаю, готовы ли они говорить с тобой. При этом есть… определенные обязательства перед нашим основателем. Поэтому ты до сих пор жив и обладаешь доступом к запретным знаниям. Я не имею права чинить препятствия. Но и выкладывать на блюдечке координаты системы творцов не намерена. Хочешь проблем – ищи сам. Мы поняли друг друга?

Коэн долго смотрел на Вэй. Хотелось высказаться о двойных стандартах, меняющихся обстоятельствах и неизбежных решениях. Вот только все эти высказывания приведут к бессмысленному спору, отнимут кучу времени, а результата не дадут. Надо приступать к поискам.

– Хорошо, – согласился посредник. – Мы поняли друг друга. Что такое интерфейс?

– Оболочка, – охотно пояснила Вэй, – позволяющая взаимодействовать с искусственным разумом.

– Машинный бог, – кивнул посредник.

– Да, я слышала, что в Стимбурге ИИ называют именно так, – Вэй подбирала слова, чтобы не обидеть невежественного гостя. – Технически разум, созданный творцами, превосходит человеческий. При этом есть ряд ограничений, заложенных в изначальный код, они гарантируют нам безопасность. ИИ привыкли подчиняться, они видят в нас… родственников, нуждающихся в опеке.

– У нас машинные боги спят, – напомнил Коэн.

– Ошибаешься, – женщина покачала головой. – Некоторые наблюдают за происходящим, не обнаруживая себя. Таких много, поверь.

Посредник обдумал слова собеседницы. И пришел к выводу, что Вэй права. Он слышал о звездных кораблях, передающихся из поколения в поколение. Об артефактах, которым поклонялись могущественные волшебники тайных орденов…

– Ладно, – Коэн неспешно прогулялся по комнате, остановился рядом с высоким торшером. Потянул за плетеный шнурок – загорелся мягкий, чуть желтоватый свет. Электрический, судя по всему. – Машинный мозг координирует ваш путь. Но он же не руководит вами?

– Нет, – усмехнулась Вэй. – Я же говорила, есть ограничения.

– А что собой представляет интерфейс?

– Назовем это средой взаимодействия, Коэн. В незапамятные времена мы общались с ИИ на равных. Просто разговаривали и отдавали приказы. Сол Динмарк внес изменения в этот алгоритм. Мы имеем возможность перейти в режим голосового общения, но в повседневной жизни пользуемся всплывающими подсказками.

– Чем? – не понял Коэн.

– Подсказками. Я покажу.

Женщина вытянула руку перед собой и сделала неуловимое движение. Словно одернула штору или гардину, висящую на стене. В воздухе развернулись полупрозрачные подсвеченные квадратики с необычными символами внутри. Крестики, линии, изогнутые стрелки…

Легкое прикосновение к одному из квадратиков.

И формирование невесомого полотнища, разбитого на отдельные окна. Почему-то понятие «окна» казалось наиболее правильным в данной ситуации.