Читаем Лихая шайка полностью

– И на меня есть. Это верно. Легавые спят и видят, как бы меня поскорее в острог засунуть или пулю в башку засадить. Только это задачка для них непростая.

– Почему же?

– Система, Мартын. – Крестовый разогнал рукой густой клуб дыма и пригладил взъерошенный на макушке чуб, но он так и остался торчать. – Почему, ты думаешь, мы тут сейчас так спокойно сидим, винишко тянем, разговоры разговариваем? Потому что все у нас продумано. По системе. Если в округе появится хоть один малоприметный шпик, нам тут же об этом донесут. И мы уйдем. Без риска, без пальбы, без ненужных потерь. И легавые знают об этом. Знают, что поймать нас трудновато. Это, конечно, не значит, что они прекратят пытаться, но шансы «за» и «против»… Они практически равны, Мартын. И на дело никто из нас в одиночку не ходит. Ну за исключением Поликарпа, пожалуй. Да и то в самых редких случаях. Когда он абсолютно знает, что дело верное. А понял, почему так?

– Почему?

Вызова уже не было. Мартынов заинтересовался. Спокойный тон Крестового, и то, с какой убедительностью он произносил собственную речь, делали свое дело. Арсений позволил себе расслабиться. Пригубил вино. Он с удивлением осознал, что за долгие годы ему впервые удалось оказаться в родной стихии. Странное ощущение, но приятное. Мартынов покосился в сторону хранившей молчание Лизы. Девушка сидела по правую руку от сестры и ловко поигрывала сапфировым перстнем. Свет вплетался в ее золотистые локоны, и от этого Лиза выглядела еще прекраснее. Мартынов мечтал о том моменте, когда сможет остаться с ней наедине.

– Потому что нет смысла попадаться в руки легавым всей кодлой, – продолжил Крестовый. – Если у кого-то есть возможность прикрыть остальных, он это сделает. Жертвуя собой. Но система от этого не пострадает. И наше общее дело тоже. Не станет, например, меня, я знаю, что мое место займет Евстафий. Или Лиза. Или кто-то другой. Следовательно, и легавые от моей поимки ничего не выиграют. Они этого не знают, но знаю я.

– И ты сможешь уйти, бросив подельника на растерзание? – удивился Мартынов.

Кеша кивнул:

– Смогу. Потому что я – часть системы. Без этого нельзя. Сегодня – ты, завтра – я…

– Какой-то звериный закон получается.

– Ты прав, – впервые за время этой дискуссии подала голос Капитолина. – Но лучше такой закон, чем никакого. Так говорил мой отец. И точно так же считаю я.

– Так считает каждый из нас, – поддержала сестру Лиза.

Мартынов не нашелся с достойным ответом. Особенно после реплики Лизы. Встретившись с девушкой взглядами, он понял, что безвозвратно тонет в омуте ее голубых глаз. Спасением стал очередной глоток вина.

– Почему ты здесь, Мартын? – вновь обратился к нему Крестовый.

– Что? – Арсений не сразу понял смысл озвученного вопроса.

– Почему ты здесь? Почему ты оказался там, где сейчас оказался? Нет, я не жду от тебя исповеди, – выставил перед собой руку Крестовый, заметив, что Мартынов собирается что-то противопоставить его словам. – Я хочу, чтобы ты сам себе ответил на этот вопрос. И разобрался. Не потому ли, что общество обошлось с тобой негуманно? Общество, по законам которого ты изначально собирался жить? Что-то подсказывает мне, что тебе просто не оставили выбора.

Мартынов промолчал.

– Мы все тут одним миром мазаны. – Змей поправил ворот сюртука. Его уже изрядно забрал хмель. – Кеша лишь хочет сказать, что в одиночку никому не выплыть. Ты с нами, Мартын?

– А что нужно делать?

– То же, что ты и делал. Только в системе.

Арсений залпом отправил в рот остатки вина. С глухим стуком поставил бокал на стол.

– Попробовать можно, – бодро произнес он. – В конце концов…

Закончить свою мысль он не успел. Дверь за спиной Мартынова без стука отворилась, и в комнату шагнул еще один визитер. Новоиспеченный член группировки обернулся.

В проеме стоял невысокий приземистый господин в костюме из дорогого сукна, в котелке и в пенсне с золоченой оправой. В правой руке прибывшего покоилась трость с набалдашником из слоновой кости. Неподвижные маленькие глаза цвета голубого саксонского фарфора смотрели через пенсне мягко и учтиво.

– А вот и Поликарп! – Змей хлестко ударил ладонью по поверхности стола. – Как это ты удосужился почтить нас своим присутствием?

Медвежатник на реплику Змея не отреагировал. Приладив трость рядом с дверным косяком и повесив на нее котелок, он степенно приблизился к общему столу. Занял место по правую руку от Крестового.

– В горле пересохло, – с улыбкой признался Поликарп.

Ему тут же подали стакан с вином, и медвежатник лихо осушил его до дна.

– Как все прошло? – по-деловому осведомилась Капитолина.

Личность Мартынова как-то тут же выпала из поля ее зрения. Но присутствие незнакомого ему лица отметил Поликарп. Он удивленно изогнул брови.

– Это Арсений Мартынов, – представил гостя Крестовый. – Слыхал о таком?

– Приходилось, – сдержанно отреагировал Поликарп.

– Он теперь один из нас.