Читаем Личные враги полностью

Арион приплыл на остров Шот с небольшим вооруженным отрядом, чтобы защищать эту землю, чтобы сражаться с опасностью, о которой сообщили на материк его здешние вассалы. Нет, Арион был не таков, как его дядя. Он спасет остров либо погибнет, защищая его, но не ради богатства и прибылей, а ради людей. Его людей. По правде говоря, он даже предвкушал добрую драку — этого чувства душевная пустота еще не успела поглотить. Что ж, он получил желаемое и едва не расстался с жизнью. Но явилась она!

Арион заглянул в ее янтарные глаза и понял, что обрел давно потерянную надежду — дочь его заклятого врага, обрученную с другим мужчиной. Пустота отступила пред нею. Что за горькая насмешка судьбы! Единственная женщина в мире, которой принадлежит его сердце, никогда не будет его женой.

Сегодня Арион бродил по Элгайру, и перед ним неотступно маячило лицо Лорен. Каким-то чудом он ухитрялся сохранять уверенный вид, как и подобало командиру и властелину. Он знал, что следует сказать здешним обитателям, дабы успокоить их. Он знал, что следует делать, дабы они сочли его достойным своего доверия. Быть может, потому, что Райдер редко посещал остров, Ариону не пришлось столкнуться здесь с теми страхами, что терзали его вассалов на материке. Люди из Элгайра приняли нового графа с неподдельным, радушным ликованием — ведь он прибыл им помочь.

Ариону хватило пары дней, чтобы понять: его помощи недостаточно. Шот обречен.

Из множества островов, что тянулись цепочкой вдоль побережья материка, викинги выбрали для набегов именно этот — быть может, потому, что Шот был, во-первых, самым крупным из них, во-вторых — самым изобильным, а в-третьих — наиболее удален от материка. Любой из этих трех причин было бы достаточно, чтобы замыслить набег, вместе же они делали Шот чрезвычайно лакомым кусочком для северян. Арион знал, что вот уже много столетий викинги время от времени устраивали набеги на Шот, но лишь теперь они взялись за дело всерьез. Очевидно было, что северяне решили полностью завладеть Шотом. Одна из самых привлекательных черт острова — его величина — оказалась также и самым уязвимым местом. У Морганов не хватало людей, чтобы днем и ночью охранять все побережье; к тому же нельзя было забывать и о шотландцах.

Ариону рассказывали, что клан Макрай, обосновавшийся по другую сторону острова, тоже вынужден отбивать атаки викингов. Быть может, прибавил кто-то, нам улыбнется удача и они перебьют друг друга. Это не было шуткой — между кланом Макрай и Морганами существовала застарелая вражда.

Элгайр был крепким, отменно выстроенным фортом — правда, лишь отчасти. Западная его половина была достроена до конца и основательно укреплена, а южная и северная части не были завершены. Восточный край внешней стены представлял собой, увы, жалкое зрелище — груда камней, щебня и обломков дерева, следы непрекращающейся войны с кланом Макрай. Это был самый длинный участок стены, да к тому же он находился ближе всего к лесу, за которым стоял Кейр.

Донжон, слава тебе господи, был почти готов, но прореха во внешней стене изрядно замедляла работу. Там приходилось держать постоянный дозор, но и это не помогало. Когда Арион прибыл на остров, он утроил дозор и приказал работать на стене день и ночь. Они не могли позволить себе такой роскоши, как недостроенные укрепления.

Сейчас, при тусклом свете угасающего дня, он шел вдоль разрушенной стены, обходя камни, которые валялись повсюду — впрочем, большинство их готовились вернуть на прежнее место. Люди радостно приветствовали его. Они ненадолго оторвались от работы, чтобы подойти к графу и самолично убедиться, что он здоров и благополучно перенес свое трехдневное заключение во вражеском замке. Арион с улыбкой заверил их, что чувствует себя отменно, и, стараясь не сказать лишнего о враждебном клане, заметил только, что в Кейре о нем хорошо заботились. Он не хотел, чтобы его люди уже начали обсуждать его невероятный замысел. Они только укрепятся в своей ненависти. К тому же он еще не знал, как лучше представить им свой план.

Он продолжал обход, беседуя с Фуллером, который давно заметил, что у графа перевязано плечо, однако ничего не сказал по этому поводу. Арион знал: он ждет, покуда его лорд сам заговорит об этом, а потом уж предложит посильную помощь. Ариону был по душе его наместник, этот тихий и задумчивый человек. В глубине души новый граф Морган благодарил бога, что его дядя не сумел отравить черным ядом своей злобы всех, кто находился в его власти.

— С виду неплохо, — одобрил Арион, окинув взглядом людей, которые ворочали увесистые камни, медленно и терпеливо возводя новую стену.

— О да, — отозвался Фуллер. — Работа идет на лад, особенно с тех пор, как шотландцев отвлекли от нас новые напасти.

Арион продолжал разглядывать постройку.

— Их напасти, друг мой, — и наши напасти тоже.

— Да, мой лорд, — осторожно согласился Фуллер.