– Клянусь своим посохом, что отпущу сдавшихся стражников, не причинив им вреда, если только они сами не попытаются напасть на меня или моих воинов. Также в таком случае я готов отпустить ту часть пленных жрецов, что не замарана кровью, – произносил я слова клятвы. – Также клянусь именем Предвечной, что готов дать поединок Йосу. Выиграет – отпущу. Нет… Тогда он умрет, а его сподвижники пусть тоже покажут, чего стоят их мечи сами по себе, без помощи богов. Если же он вместе со своими гиенами не выйдет за стены Чертогов, то я не только обрушу стены, но и принесу в жертву всех оставшихся пленных прямо на алтаре Камирта.

Едва я произнес последнее слово, череп на посохе поменял свои очертания. Миг – и вместо голой костяшки кроваво-красного цвета возникла голова девушки-подростка, с которой я разговаривал на полянке.

– Услышано, – провозгласила Смерть.

Хотя говорила она не повышая голоса, слово услышали все. Судя по тревожным переговорам вампиров за моей спиной, эта демонстрация их впечатлила. Нечто подобное почувствовали и люди, находившиеся на стенах.

Йос со своей сворой ярился, но сделать ничего не мог. Нарушить данную Смерти клятву я не мог и не хотел. Следовательно, стражники, сдавшиеся под мое слово, были в полной безопасности. А стражники воевать не хотели. К тому же желали освободить из моих лап хотя бы часть своих родичей. Тех, насчет кого я мог принять относительно компромиссное решение.

К тому же я стремился к поединку. Я чувствовал, как часть учеников Йоса склонялась к мнению, что их наставник непременно повергнет в прах «какую-то гнилую костяшку». Услышав такое определение, я даже не обиделся. А что, вполне похож.

Придется паладину выходить. Иначе он лишается и последнего шанса на спасение. Призрачного, но это знаю я, не он. Я видел его способности махать клинком, он же про меня ничего не знает. И магия, она на такого рода поединке тоже присутствует. У него – данная Камиртом, у меня же иная, основанная на смерти, но собственная.

– Колдун, – послышались немного дрожащие от волнения слова стражника со стороны Чертогов. – Мы открываем ворота и выходим. Только помни о клятве. Со Смертью шутки плохи: обман наказуем.

– Я помню и отвечаю за свои поступки и дела своих воинов.

Дело, по сути, сделано, нерушимая оборона дала такую трещину, которую уже не склеить. Осталось лишь удачно провести окончание операции, то есть поединок с Йосом.

<p>Глава 11</p>

Приятно видеть, когда защитники столь хорошо защищенной крепости сами выходят из ее ворот, частично сдаваясь на твою милость, частично же готовясь принять бой на ТВОИХ условиях.

К ногам бесстрастно взирающих на мир зомби и скелетов сыпались мечи, копья, луки, кинжалы и топоры. Стража Чертогов сдавалась, не находя в себе сил воевать. Сложивших оружие быстро брали под локти, оттаскивали в сторону и связывали руки не столь и прочной веревкой.

– Стир! – прохрипел я. – Стражников отведи к мирным жителям, пусть убедятся, что те живы и здоровы.

– Что делать со жрецами?

– Скажи Кларе, что на лоб каждому «Печать кошмаров» и потом отправить туда же.

Радостно оскалившийся вампир унесся исполнять приказ. Ему моя шутка явно понравилась. «Печать кошмаров» штука опасная, она хоть и не убивает, но сильно портит жизнь человека. Не будет отныне у помилованных жрецов спокойного сна, будут лишь вечные и постоянно меняющиеся ночные кошмары, от которых тем захочется лезть на стену. Жрецы будут бояться даже самого наступления ночи. Впрочем, заслужили.

А вот и другая часть гарнизона Чертогов, на сей раз при полном параде. Вооружены все до зубов, даже жреческая кодла, что бывает нечасто. Обычно они предпочитают прятаться за спинами стражи. Но сейчас такой вариант не представлялся возможным.

– Безымянный, осторожно! – прошипела на ухо оказавшаяся рядом Сильвия. – Я чувствую неладное. Жрецы спокойны, но руки у некоторых так и дергаются. Могут быть серебряные иглы или болты из арбалетов.

– Учту.

Серебро для меня само по себе не опасно. Я ж не зомби, даже не вампир, структура совсем другая. Зато сам факт попытки нападения может пойти только на пользу. Именно поэтому я и не приказал Сильвии принять должные меры.

Где же ты, Йос? Давно жду, сильно жду. О, а вот и он пожаловал! Все те же сияющие ярче свежевыпавшего снега доспехи. Закрытый шлем, увенчанный плюмажем из длинных белых перьев. И двуручный меч, который, надо отдать должное, неплох для поединка против противника с боевым посохом.

– Расступитесь, – проворчал я. – Мы будем биться внутри круга.

Повинующиеся моей воле мертвецы послушно сдвинулись назад, вампиры также попятились, пристально следя как за паладином, так и за его свитой. Ну а я произнес короткую фразу-ключ. Сразу же из-под земли ударили фонтаны серого дыма, быстро трансформирующегося в мелкоячеистую сеть. Теперь внутри круга диаметром метров пятнадцать были только я и паладин. Остальным же была уготована роль зрителей.

– Ты готов, паладин?