Читаем Левиафан полностью

Божие слово, употребляемое метафорически. Во-первых, в смысле приказаний и могущества Бога. Из рассмотрения этих двух значений выражения «слово Божие» у Писании ясно, что все Писание есть Слово Божие в последнем смысле (где Слово Божие понимается как учение христианской религии), но не в первом. К примеру, хотя слова: «Я Господь Бог твой» и т. д. – в конце десяти заповедей были сказаны Богом Моисею, однако слова: «Бог говорил сии слова и сказал» – должны быть понимаемы как слова того, кто писал священную историю. Слово Божие, взятое как слово, сказанное Богом, понимается иногда собственном смысле, иногда метафорически: в собственном смысле – как Слово, сказанное Богом его пророкам.

Метафорически – в смысле его мудрости, могущества и иных приказаний при сотворении мира. В этом смысле вами Божьими являются: да будет свет, да будет твердь, говорим человека и т. д. (Быт. 1). И в этом же смысле заново (Иоан. 2, 1, 3): Все через Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. И в другом сто (Евр. 1, 3): И держа все словом силы своей, т. е. сила; слова своего, т. е. своей силой, и дальше (Евр. 11, З): Так уж устроены словом Божьим – и много других мест. том же смысле понималось у римлян слово судьба, означающее собственно сказанное слово.

Во-вторых, в смысле действия, произведенного этим словом. Во-вторых, под словом иногда понимается действие этого слова, т. е. то именно, что этим словом утверждается, приказывается, угрожается или обещается. Так, например, там, где говорится (Пс. 104, 19), что Иосифа держали в темнице, доколе исполнилось слово Его, – т. е. пока не исполнилось то, что он (Быт. 40, 18) предсказал виночерпию фараона относительно его восстановления в должности, – под исполнением слова подразумевается исполнение самой вещи. В этом же смысле (3 Цар. 18, 36) Илия говорит Богу: Я сделал все эти Твои слова вместо: Я сделал все это по слову Твоему, или приказанию, а также (Иер. 17, 15): Где слово Господне? вместо: Где те бедствия, которыми Бог угрожал? В этом же смысле (Иез. 12, 28): Ни одно из слов Моих уже не будет отсрочено, где под словами понимается то, что Бог обещал своему народу. И в Новом завете (Матф. 24, 35): Небо и земля придут, но слова Мои не придут, т. е. все то, что я обещал, или предсказал, не может не исполниться. И в этом именно смысле апостол Иоанн Богослов, и, я думаю, он один, называет самого нашего Спасителя ставшим плотью словом Господним (Иоан. 1, 14). Слово стало плотью, т. е. слово, или обещание, что Христос придет в мир. Христос был вначале с Богом, т. е. в намерении Бога-Отца было послать Бога-Сына в мир, чтобы направить людей по пути вечной жизни, но это намерение до этого момента (появления Христа на земле) не было приведено в исполнение и воплощено в действительность, так что наш Спаситель назван здесь словам не потому, что он был обещанием, а потому, что он был обещанным. Те, кто, ссылаясь на это место, называет обыкновенно Христа глаголом Бога, затемняют лишь еще более смысл этого текста. Они могли бы с таким же основанием называть его именем существительным Бога, ибо как под именем существительным, так и под глаголом люди подразумевают лишь часть речи, звук, который не содержит ни утверждения, ни отрицания, ни приказания или обещания в не является субстанцией ни телесной, ни духовной, и поэтому нельзя сказать о вей, что он Бог или человек, между тем как наш Спаситель есть то в другое. И это слово, о которой апостол Иоанн в своей Евангелии говорит, что оно было с Богом, названо им словом жизни (ст. 1) и вечной жизнью (ст. 2,) которая была с Отцом, так что Христос мог быть назван словом лишь в том самом смысле, в каком он назван вечной жизнью, т. е. как тот, кто своим воплощением приобщил нас к вечной жизни. В соответствии с этим (Апок. 19, 13) апостол, говоря о Христе, одетом в омоченное кровью платье, говорит, что имя Ему: слово Божие, что следует понимать так, как если бы он сказал: его имя есть тот, кто пришел согласно изначальному намерению Бога и согласно его слову и заветам, возвещенным пророками. Таким образом, здесь нет речи о воплощении слова, а лишь о воплощении Бога-Сына, названного словом потому, что его воплощение было исполнением обещания (Деян. 1, 4) точно таким же образом, как Святой Дух назван обетованным (Лук. 24, 49).