Читаем Левенхет полностью

Так они простояли ещё несколько минут, наблюдая за битвой, пока в живых не осталось всего два воина. Двое врагов сошлись в финальной схватке, и вот настал момент, когда тот, что в светлых доспехах, пронзил своего противника мечом. Поверженный воин повис на победителе и, когда уже, казалось бы, всё закончилось, он выхватил нож со своего пояса и вонзил светлому в спину. Оба они упали на колени, погибнув в объятиях друг друга, и теперь уже точно можно объявлять о конце сражения. Никого не осталось в живых, воины поубивали друг друга и разрушили крепости. И вот в какой-то момент, все трупы начали подниматься, а каменные обломки сооружений возвращались на свои места, восстанавливая крепости. Обессиленные солдаты медленно шли к зданиям, кто-то поднимал свои отрубленные конечности, отсечённые головы, и, разочаровавшись исходом сражения, просто ушли прочь.

— И так уже более трёхсот лет, — сказала она, — исход один и тот же, как бы они не старались, двое выживших всегда убивают друг друга.

— Зачем они сражаются?

— Думаешь они помнят причину? Им хватает того, что друг друга убивали их предки, а всё остальное неважно. Как я и сказала, все в этом месте узники, и эти воины обречены вечно сражаться друг с другом в битве, в которой никогда не будет победителей.

— Неужели их это устраивает? Почему просто не заключить мир? Почему не попытаться поговорить друг с другом, чтобы остановить бессмысленное кровопролитие?

— Видишь, ты это понимаешь, несмотря на то, что ты антиец. Именно так они бы смогли избавиться от своего проклятия, жаль, что все в этом мире разные, что мешает приходить к общей точке зрения. Но как я и сказала — это тюрьма, а они не ведают, что творят, и сейчас не разумнее плакальщиков, бесцельно бродящих по просторам Междумирья. Но бесцельно ли? Сменим обстановку.

Песок поднялся и закружился вокруг их, скрывая из виду, но через пару секунд вновь упал на землю, и они оказались в другом месте, посреди серой пустыни, в непосредственной близости от светящейся башни. Она находилась недалеко, в полукилометре от них, состояла из всё того-же чёрного камня, возвышаясь вверх на пару сотен метров, и от её вершины тянулись многочисленные магические светящиеся голубые потоки, разливаясь по поверхности неба. Посередине башни, от земли и до самого верха, шёл огромный узкий тоннель, из-за которого всё сооружение чем-то напоминало врата, из них и исходило это самое свечение, что Марк заметил до этого.

Справа от них отчётливо слышались звуки, как кто-то копает песок, и там действительно оказалось множество ям, в которых сидели необычные существа, представляющих собой чёрные силуэты. Тот, что находился ближе всего, судорожно рыл песок руками, выкидывая его из ямы, делал это с большой скоростью, на которую не был бы способен простой человек. Он не издавал ни звука, но и без этого ясно, что ему страшно, а песок в конце концов засыпался обратно, сводя все усилия существа на нет. Несколько других делали тоже самое, однако двое таких чёрных призрака уже сильно истощились, но всё равно продолжали копать лёжа, одной рукой. Наблюдая за ними, девушка слегка улыбнулась.

— Глупцы, — сказала она, — и на что только надеются?

— Кто они? — спросил Марк.

— Так бывает, когда кто-то, наподобие тех воинов, наконец-то приходит в себя. Представь их чувства, когда они осознают где находятся. Но это происходит здесь довольно редко, и эти немногие, — она кивнула в сторону чёрных копателей, — лишь исключения. В конце концов, итог всегда один и тот же. Давай поднимемся выше.

Пройдя чуть дальше, они забрались на очередной бархан, с которого открывался отличный вид на башню и её окрестности. Издалека, с тумана, к башне тянулась длинная светящаяся цепь голубых движущихся объектов, пропадающих в её вратах, и каждый раз магические потоки, соединяющие сооружение с небом, начинали пульсировать ещё больше. Марк смотрел на это завораживающее зрелище, понимая, что видит перед собой.

— Плакальщики, — произнёс он, — отсюда они попадают в наш мир?

— Верно, — подтвердила девушка, — вынуждены возвращаться каждый раз.

— Они не плачут, — заметил он, — и почему тот, который меня убил не рядом с ними?

— Как же у тебя много вопросов, — покачала головой спутница, — они плачут, но не так сильно, как в Междумирье. Что касается того плакальщика, скажем так, ты его освободил. Извини, дорогой, я не могу рассказать тебе всё и сразу.

— Почему? Зачем тогда вообще всё это нужно? Что тебе от меня надо, и кто ты такая?

— Как я уже говорила, я просто узница, и не желаю тебе зла, Марк, по крайней мере пока что. Ты даже не представляешь, как долго я ждала встречи такой, как эта, и честно сказать не огорчена. Мы продвинулись с тобой гораздо дальше чем ожидалось, но времени совсем мало. Мир расслаивается, грядёт нечто страшное, поэтому нужно ускорить процесс твоего обучения.

— Какого обучения? Пожалуйста, расскажи мне всё и перестань уже мучать!