40 день Глора, 537 г., в нескольких километрах от Гелемоны

Марка начало сильно трясти, ужас, который его одолел, был настолько силен, что он вот-вот потеряет сознание. Неужели это именно тот страх, который внушают находящиеся рядом плакальщики. Увидев рядом лежащего Тарма, плакальщик зарыдал, настолько сильно, что так вряд ли заплачет даже человек, которому заживо отрезают конечности. Плакальщик сразу же накинулся на раненого и заключил его в крепкие объятия, обхватив все тело и свесив свой призрачный череп ему на плечо. Он всё также рыдал, и слезы начали литься ещё сильнее прямо на Тарма.

Марк посмотрел на лицо друга. Оно застыло в гримасе ужаса, и он не мог произнести ни слова. Кожа Тарма начала усыхать, в какой-то момент он стал похож на старика. В следующее мгновение, его плоть стала гнить, и Марку пришлось своими глазами наблюдать, как бледнеют безжизненные глаза его друга, оставляя пустые мертвые глазницы. Уже через пару секунд тело мальчика превратилось в сгнившую плоть, которая рассыпалась в прах.

— Ты понимаешь почему это произошло? — в голове прозвучал женский голос, выбивший Марка из оцепенения.

Он осмотрелся по сторонам и увидел девушку, сидящую позади него на камне, чей вид по-настоящему испугал, лежащего на песке Марка. У неё были длинные растрёпанные чёрные волосы, одета в такого же цвета разодранную мантию, кожа неестественно бледная для человека, прям как у трупа. У неё был очень истощённый вид и худощавое лицо. Она уставила свой взгляд ярких голубых уставших глаз на Марка, и ему почему-то показалось, что он уже где-то видел такие глаза. Точно, они напоминали глаза Виктора, но только с имеющимися зрачками. Марк на мгновение задумался и вспомнил про Виктора, потом про Шилу, Бракаса и Фимало, после чего посмотрел на, до сих пор разлагающегося, Тарма. Значит опять сон? Голос девушки отчётливо звучал в голове, хотя она находилась совсем рядом, и именно после того, когда она обратилась к нему, мальчишка начал осознавать, что это обычный кошмар. Но странность заключалась в том, что выглядело всё по-настоящему.

— Это событие наложило на тебя сильный отпечаток, — вновь заговорила девушка, — но ты, Марк, так и не понимаешь, что произошло в ту ночь. Или же не хочешь понимать? Скажи, почему он его убил?

— Что? — растерялся он, — Ты о чём? Кто ты?

— Столько раз наблюдать за одним и тем же, — с грустью она приложила руку к своему лицо и отвела взгляд от Марка, — и всё без толку. Посмотри ещё раз… Посмотри ему в глаза.

Марк вновь перевёл взгляд на плакальщика и Тарма. Призрак всё также обхватив мальчишку, лил яркие слёзы, а останки в его лапах не торопились рассыпаться в прах, застыв именно на одном временном моменте. Лицо Тарма всё ещё было различимо, и Марк посмотрел в его опустевшие глазницы в которых виднелась только пустота, подобная той, что он видел в маске у Шилы.

— Прислушайся, — вновь произнесла девушка, — ты слышишь его?

— Нет, всё хватит! — Марк не смог вынести увиденного ещё раз и отвёл взгляд от происходящего, осознавая, что это всего лишь сон.

— Хм… — оценивающе посмотрела она на мальчишку, — до сих пор не понимаешь? Бедный Марк. Значит ещё не время… Не волнуйся, я никуда не тороплюсь, а вот тебе стоило бы.

* * *

Проснувшись, Марк в ужасе вскочил, и вновь получил очередную порцию испуга. Прямо перед ним вплотную сидела Шила, чья маска возникла у лица мальчика в тот момент, когда сознание ещё не совсем отошло ото сна. Он сразу же откинулся от неё, а Шила даже не дёрнулась и продолжила с любопытством смотреть на него. Бракаса в палатке не было, а это значит, что все уже проснулись и даже наверняка подкрепились, как всегда не дожидаясь тех, кто любит долго поспать.

— Доброе утро, Марк, — спокойно поприветствовала его Шила.

— Ты меня испугала! Чего здесь сидишь?

— Просто мы поспорили, и я контролировала начало процесса, который по сути, и является объектом всего спора.

— Пожалуйста, можно немного понятнее?

— Мы с Фимало поспорили, что сегодня ты проснешься не вскрикивая в ужасе от своих кошмаров, а как нормальный довольный человек. Кстати, я проиграла. О, — она подняла указательный палец, одной из рук, вверх, — придумала! А давай расскажем, что всё было иначе!

— Я всё слышу! — снаружи прозвучал голос Фимало, — Половина твоего ужина моя!

— Вам смешно, да? — Марк был очень недоволен темой их спора, — Нашли чем развлекаться! Меня эти кошмары скоро в могилу сведут.

— Не бойся, Марк, — отмахнулась Шила, — от кошмаров нельзя умереть, от них можно только сойти с ума, стать помешанным, а это намного хуже смерти.

— Хватит, ты не умеешь успокаивать. Все давно проснулись?

— Уже позавтракали и готовы отправляться в путь, — радостно сообщила она.

— Здорово, вы как всегда очень вежливы, друзья, — съязвил Марк.

— Ты какой-то злой с утра.

— Я не злой… Прости, приснился странный кошмар. Не такой как все остальные, он был более, — Марк на мгновение замолчал, — реальный что ли? Не бери в голову, пошли наружу.