Читаем Лев Равнины полностью

Они спустились в темные помещения, и носик Регины ощутил незнакомый ей ранее душный запах подземелий. Тут было сыро, грязно, пахло потом и кровью. Еще не дойдя до камеры, девушка услышала звуки ударов. Император с дочерью остановились у камеры, где на двух цепях, растянувших ему руки, висел Кир.

То, что это варвар, спасший ее месяц назад, Регина смогла понять не сразу. Все лицо и грудь были залиты кровью, его голова была склонена вниз, но по хриплому дыханию было понятно, что он жив и, более того, не собирается порадовать криком своих мучителей, которые в четыре руки били его двумя хлыстами с острыми крючками на концах. Страшные орудия пыток вырывали из его тела мелкие кусочки плоти, разбрызгивая кровь, которая росчерками оставалась на стенах и полу.

– Ох… – тихо выдохнула принцесса и прикрыла лицо ладонью, чувствуя, что ее мутит. Однако здесь никто не посмел бы коснуться Регины, если она упадет в обморок, так что девушке пришлось устоять на ногах самой.

– Повелитель… – тихо попросила она, побледнев и сейчас даже не разыгрывая спектакль.

– Государь… – тюремщики так и застыли с бичами в руках. Отроду не было такого, чтобы сам Император спускался в казематы. Мужчина посмотрел на пленника и усмехнулся.

– Да… Любой другой бы давно умер, а этот житель равнин похоже не издал ни единого звука. Он упрям… – Фобос велел отпереть камеру, сам шагнул внутрь и, взяв бич, приподнял рукоятью лицо Кира, смотря на него. Взгляд голубых глаз подернулся пеленой, но воин еще явно понимал, что происходит. – Отныне, варвар, ты будешь охранять мою дочь! Одно ее слово, и я заставлю тебя сожрать собственное сердце, раб! Ты понял меня? – поскольку Кир молчал, Император, не боясь запятнать руку, ударил его в лицо рукоятью, так что струйка крови сбежала по его переносице на разбитые губы.

– Ты понял меня, раб? – повторил Император, и на сей раз Регина и он заметили едва уловимый кивок.

– Отлично. Теперь идем, Рен, утром им займется наш маг, и, когда он будет готов, его приведут к тебе.

Девушка не осмелилась перешагнуть порог камеры, оставаясь в коридоре и чувствуя, что не выдержит тут и минуты дольше. Когда Фобос вышел из камеры, Регина бросила еще один взгляд на Кира и поспешила за отцом на воздух. А, когда они оказались в коридорах дворца, девушка поймала отца за руку у его покоев и коснулась ее губами и лбом:

– Благодарю, повелитель, за ваше великодушие, – тихо произнесла она и поклонилась, выпустив руку Императора.

Мужчина только кивнул, послав за Заватом. Колдуну выпала непростая задача сделать так, чтобы хрупкая девушка смогла в случае чего укротить варвара, который был опасен даже в цепях. К счастью, у колдуна решение нашлось быстро, и за несколько дней, что заживали раны Кира, которого подняли из тюрьмы, впервые нормально отмыли и допустили к нему лекаря, мужчина просидел в своей башне, а на утро четвертого дня в покои принцессы раздался стук.

Регина сидела на подушках у самой длинной стены своих покоев. Перед ней стоял раскладной низкий стол с фруктами и вином, принцесса одной рукой брала виноградины и закидывала их себе в рот, пальчики другой руки ей массировала служанка. Девушка была одета так же, как в первый раз, когда увидела Кира, и в ее волосах притаилось два пера. На стук Регина чуть повернула голову.

– Впусти, – она сделала легкий жест рукой служанке, что стояла у двери, и та открыла дверь. Принцесса лишь бросила взгляд на гостей, не пытаясь даже изменить позы. Колдун, как обычно в своем одеянии зеленых тонов, скользнул в ее покои. Из-за его изворотливости и хитрости мать девушки звала его аспидом, который в любой момент может ужалить в спину. Серые глаза мага остановились на принцессе, и он подобострастно поклонился, присев перед ней.

– Зават, – девушка улыбнулась и чуть выпрямилась, садясь ровнее. – Неужели я, наконец, получу то, что так долго ждала?

– Ваше высочество, вы сегодня очаровательно прекрасны, не могу выразить, как я восхищен! – с этими словами он вынул из складок мантии золотой широкий браслет с драгоценным камнем малинового оттенка, а в следующую секунду в дверях появились двое стражников, которые ввели в покои Кира.

Мужчину было не узнать: сейчас на нем были прямые штаны светлого телесного цвета с коричневым поясом и белая рубашка без рукавов, запястья рук стягивали два толстых серебряных браслета. На открытом, суровом лице уже не было крови и ссадин, лишь небольшие покраснения в тех местах, куда били палка и хлыст. Воин, как и прежде, не опускал головы, даже когда его ударили в спину, чтобы он проявил уважение к принцессе.

Регина высвободила свою руку у служанки, вставая на ноги. Ее сиреневый взгляд с восхищением и удовольствием скользнул по Киру, и принцесса улыбнулась ярче. Она и сама не могла себе объяснить, почему так взволнована сейчас. Каждый день, проходивший в ожидании, был мучителен, ей так хотелось скорее увидеть своего нового телохранителя. Но стражники решили испортить все привычной грубой силой.