Читаем Летописи миров полностью

— Да где я вам их возьму. Доберемся до места, куплю какие захотите, а пока подвяжите тесемками. — В общем, так — чтобы избежать дальнейших просьб, поспешил сказать Априус — все, что кому-либо нужно, достанем в Андориносе.

Он бы конечно мог и сотворить такую мелочь, или сделать замещение, но зачем лишать их радости покупки. К тому же на рынках Андориноса, выставляют такие шедевры ювелирного искусства, что он не рискнет сравниться.

Следовало еще прихватить с собой несколько самородков золота, и пару горстей самоцветов, благо дело этого в кладовых, чертога Агатона хватало. За этим добром Априус и отправился, сразу из трапезного зала, оставив свою старую и новую команды, за столом продолжать знакомство.

* * *

В подземном чертоге время почти стоит, и неделя, проведенная здесь, могла обернуться месяцами в мирах хранимого сектора. Поэтому Априус торопился. Час назад они покинули подземелья огненного мира, и теперь шагали по тропе, давая первые уроки в подобном передвижении новичкам. Лакрис и Медея попросили позволения остаться и продлить свой род. Что же пусть — армия горгулий находящаяся за пределами хранимого сектора может очень даже пригодиться в свое время. Последний хозяин подземелий, уходя, запер заклятиями многие пещеры ходы и ответвления, горгульям там делать не чего, а вот то, что может оттуда попасть в центральные залы, навредить очень даже способно.

Уже отойдя от мира, на приличное расстояние Эсгалдирн, оглянулся, окидывая быстрым взглядом небольшой отряд, и прошептал Рунину, вопреки обыкновению, сидевшему у него на плече, а не носившемуся впереди, на большом удалении от идущих путников:

— Да, в таком количестве, мы по тропам Междумирия еще не хаживали, это тоже немного конечно, но зато дамы прибавились, даже три, вон как вышагивают, задрав носы, небось, напредставляли себе невесть чего о предстоящем походе. Щебетали же втроем дни и ночи напролет…

— Чего на баб пялишься? — Бесцеремонно перебил его попугай. — На дорогу смотри! А то поворот проморгаешь.

— Вот-вот хмуро поддакнул Куру.

Конечно, ни каких поворотов тут не было, просто веселый зверинец Априуса, начало задевать отсутствие женской половины их рода. Старые проблемы возвращались. Хотя куатара, и ждала Мурисса, а Рунина всевозможные пташки, но это где-то там, а близняшки вот они, рядышком.

Новоявленный Страж Порядка, переключил внимание, на пробужденную от вечного сна пятерку. Эльфы с гномом, шагали дружно в ногу, но было видно, что пешие переходы, не входили в их привычку. Ингольду явно не хватало, коня, к тому же он довольно заметно нервничал. Но королю не пристало показывать свои эмоции, и вскоре он с собой совладал, даже начал озираться по сторонам, и подшучивать над племянником. Мэлдир и Охтар как старые приятели были поглощены воспоминаниями, и обсуждением Вельды. Таурион шел молча, по лицу было видно, что о чем-то сосредоточено размышляет. Девушки шагали за ним, а замыкал шествие ящер Яша.

Априус вновь быстро оглянулся, отметив про себя, что все бодры, и выглядят свежими, пройдя взглядом по фигурам "ночных фурий", он вновь подумал о них:

— Конечно, девочек пришлось поукрощать, но теперь наложницы вышли то, что надо. Правда риск, внезапного пробуждения в них воплощенных богинь, всегда будет оставаться, вон же был случай, когда ставшая ласковой и нежной Кулуриэнь, внезапно вскочила на ложе, выхватила кривой нож, и собралась полоснуть меня спящего по горлу, хорошо даже во сне чую опасность, успел руку перехватить. Вспомнил, что еще храню некоторые вещи Нин-хур-сати, и вернул ей в лице Кулури, заколку и тот странный жезл-стержень, таким образом, решив наладить отношения и с частицей богини Ки.

Но так даже интересней, и не расслабишься сильно, и живешь одновременно с четырьмя женщинами, правда, время от времени их надо укрощать, но зато потом ни каких поисков, ни надо.

Отряд шел, казалось по проторенной дороге, и новичкам казалось, что так оно и есть. Но дотошный Рунин, объяснил им как все обстоит на самом деле. Дикий лес выступил впереди, живой кустарник, любящий пожирать еще трепещущую жертву, хватая пастями-цветками, и проталкивая в стебли пищеводы, отклонил от тропы свои стебли, словно подул сильный ветер. Из зарослей другого кустарника выметнулся длинючий корень, больше похожий на язык огромного хамелеона, но словно нарвался на незримую стену, и как ошпаренный метнулся обратно.

Затем пошли области зеркальных болот, и инеистых деревьев, похожих на ивы, на которые долго лили воду, а потом заморозили.

— Ух как тут холодно — поежилась, Кулуриэнь которую все звали укорочено просто Кулури.

— Есце бы — сразу влез с пояснениями ящер — тут зе кое-где пледвецный холод столько тысяц лет цалит, Солныска тут не бывает.

— Это еще не холод вот в стране Ледяных Великанов холод так холод — вставил Рунин свое слово.

— Я посмотрю ты тут самый умный, а ты Яша, самый толстокожий тебе всё всеравно.