Читаем Лесник полностью

Ее платье соблазнительно облегало тело, ноги на каблуках казались бесконечными, а мелкая сеточка на икрах мешала сосредоточиться. Не так он представлял себе их встречу. Улф подготовил целую речь, в которой должен был рассказать о том, что чувствует, как желает забрать ее с собой и о том, что понятия не имеет, получиться ли у них что-нибудь. Но он жаждет спать с ней в одной постели и не любит мыться в душе в одиночестве. В конце концов, в мире ещё полно непойманных ими браконьеров, обижающих несчастных животных. Но все летело к чертям собачьим, когда от порыва сквозняка ее волосы взлетели в воздух, оголяя тонкую шею. Ей пришлось остановиться, чтобы пропустить толпу в коридоре, а Улф наткнулся на ее спину, на секунду отпустил руку, чтобы крепко сжать талию и, не сдерживаясь, вдохнуть запах кожи, ненасытно целуя ямочку между плечом и шеей. Сонин знакомый шокировано обернулся, но девушка, похоже, даже не заметила этого, а лишь сладко вздохнула от прикосновений Улфа. И когда он успел сделать ее такой развратницей? Нужно двигаться быстрее.

Ранее Суляев сообщил, что Соня работала именно в этом здании, проводив Улфа в банкетный зал. Наверное, девушка знала здесь каждый уголок, раз так уверено вела его куда-то. Они поднялись до верхнего этажа, а дальше дорогу преграждала металлическая решетка. Соня раскрутила толстую проволоку, и путь был свободен. Следующая лестница была деревянной, напоминая скорее стремянку, чем полноценную лестницу. Соня пошла вперёд, и когда Улф поднял глаза, тело пронзил электрический ток. Ревность жгучая и горячая потекла по венам крепче того, что он выпил с подноса официанта. Для кого это она так вырядилась? Она же не знала, что он приедет.

Улф быстро забрался за Соней, и они очутились на крыше, погода была на удивление теплой, несмотря на почти начавшуюся осень. Красивая ночь. Улфу очень нравилось смотреть на звёздное небо. Оно выглядело глубоким, бездонным, казалось, протянешь руку и можно коснуться звезд. Улфу невольно хотелось улыбаться. Ему ни разу не удавалось загадать желание во время падения звезд, они летели очень быстро, в считанные секунды. Звездочки вспыхивали, словно искры, неслись по небу, оставляя за собой светящийся хвост, а потом исчезали навсегда. Твердые космические частицы, двигаясь навстречу Земле, попадали в её атмосферу и сгорали, вызывая яркое, слепящее свечение, так и Улф сгорал рядом с этой женщиной, потому что она не оставила ему и шанса, впервые постучав в его дверь.

Он старался не думать о кружевном белье и резинке чулок, что увидел на лестнице. Эта бежевая ткань буквально отпечаталась у него под коркой. Улф обещал сам себе, что будет вести себя прилично, а не как голодный дикий волк. Нужно рассказать о чувствах, а не демонстрировать вожделение. Но Соня повела его к бортику. Невероятно сложно выяснять отношения, когда горячая красотка тянет тебя за пояс джинс, сладко целуя, мешая думать.

Соня остановилась у парапета плоской крыши — возвышения стен над основным уровнем, и, недолго думая, он подсадил ее на бортик. Высота была такой, что голова кружилась.

— Я удивлена, что ты приехал, — произнесла она, будто пьяная, но он почему-то был абсолютно уверен, что в ней не было ни капли спиртного, — я думала, что ты боишься летать, — пошутила Соня, сладко выдыхая, когда Улф вместо того, чтобы объясняться, решать проблемы их взаимоотношений, как озабоченный подросток присосался к ее ключице, спускаясь все ниже, сжимая грудь, нащупывая соски, задирая юбку и царапая бедра.

Собрав силу воли в кулак, он все же оторвался, всего на секунду, чтобы взглянуть ей в глаза. Ох, не так он собирался мириться, но сдерживаться было все сложнее, особенно когда она облизала губы, запрокидывая голову назад от наслаждения. Она должна кое-что узнать и немного отодвинувшись, Улф устроился между ее бедер:

— Когда-то давно я любить женщину, — Соня вздрогнула, она, как и он боялась этого разговора, но они должны были перешагнуть через этот порог, иначе ничего бы у них не получилось.

— Она казалась мне лучшей, — Соня побледнела, но он не намерен был отступать, — я потерял ее, я винить себя в ее смерти.

Соня смотрела куда угодно, только не ему в глаза, она часто-часто дышала, она почти плакала.

— Я думал, что умер вместе с ней, я жить, как машина, двигаться по плану, работать и не чувствовать, пока однажды, в мою дверь не постучать.

Соня поймала его взгляд.

— Вначале ты казаться мне опасной, потом забавной, а после я хотеть лишь завалить тебя на траву, чтобы сделать своей.

Соня, не отрываясь, смотрела на него, в ее глазах вспыхнул слабый лучик надежды.

— Один нехороший человек сказать тебе, что ты похожа на ту первую женщину, и ты поверить ему, но дело в том, что, если бы ты оказаться на той улице, много лет назад, ты бы не погибнуть. Ты бы бороться до конца, биться до последней капли крови, ждать меня, чтобы дать себя спасти.

Соня слега улыбнулась, не прекращая смотреть Улфу в глаза.

— Потому что ты другая. Ты — это ты, — продолжил он, затем нашел ее губы, сделал паузу, — и я полюбить тебя такую.