Читаем ЛЕС. Части 1-2-3 полностью

Но все обошлось. Мы догнали нашу команду. Соня и Ант прижались к стенкам, пропуская нас. Дор догнал Бура у самого выхода из прохода. Но поздно.

Перед нами открылся огромный зал метров двадцать в диаметре с высоченным арочным потолком. Там в мутной вышине сходились и срастались три гигантских дуба, образуя единый Тридуб. Черные изрезанные стены подсвечивались тусклыми лучами, бьющими из расщелин и рассекающими мутное зеленоватое пространство зала как софиты. Земля под ногами была сухая, пыльная и горячая. Я ощутил это за минуту через толстую подошву ботинок. Мы остановились на краю площадки, прижались к стенам. Защипало глаза, во рту появился кисловатый привкус. В центре зала воздух вибрировал, дрожал, искажался. Из земли исходил видимый даже обычному глазу зеленый пар.

Бур с гигантской лохматой ношей на плечах приближался к центру. Каждый следующий шаг давался ему заметно все тяжелей.

Дор догнал его за несколько шагов до центра зала, выхватил с его плеч тело Хорта, бросил на землю, пыль облачками поднялась, медленно осела.

Бур сделал два шага в сторону, обессиленно упал на колени, ладони погрузились в пыль, дышал тяжело, с хрипом. И дело было не в усталости, он друга и наставника мог и километр нести на своих плечах. Дело было в радиации.

Дор ухватил Бура подмышки, приподнял, потащил от центра. Сам обессилел, но глаза горят, мышцы вздулись, дрожат от напряжения, видно даже под толстым слоем шерсти.

— Давайте-ка, ребята, отсюда на выход! — сказал я, повернувшись к друзьям, поднял взгляд на застывшего лесовика. — Иначе мы все тут упадем, как Бур! Ну, Соня, пошла, пошла! Ант! И ты, здоровяк, давай!

Я силой вытолкал Соню в проем, Ант, держась за стену, поковылял сам. Лесовик шел неуверенно, оглядывался на Дора и Бура. Видно, что облучение воздействовало быстро и сильно.

— Я им помогу, — сказал я, вытолкал каменного гиганта. Он посмотрел на меня критически, что он там увидел, не знаю, но кивнул, сгорбившись, скрылся в проеме.

Я метнулся к Дору, перехватил Бура за другую руку. Дело пошло быстрее. Дор не смотрел на меня, только вперед, туда, где чернел узкий продолговатый проход. Перед глазами у меня постоянно вылетало предупреждение от Системы.

Я мысленно сбрасывал эту горящую красным вывеску. Она снова появлялась и появлялась до тех пор, пока мы с Дором не вытащили совершенно обессилевшего Бура из этого страшного места. Умение Прозрение работало в постоянном режиме, и мне слепило глаза от ярко-алого цвета, когда я оглядывался в центр зала. Ядро опасности находилось на глубине примерно пяти метров под землей. Я так понимаю, это и был тот самый мутантный метеорит, упавший три сотни лет назад.

Оставленное тело гигантского Хорта медленно, но неотвратимо растворялось, опадало, втягивалось в землю, словно сдувалось. Через пару минут, пока мы дошли до проема, почти полутонное тело лесовика так растворилось, что сравнялось с уровнем пола, только голова оставалась на поверхности.

Мы оттащили Бура метров на двадцать от зала центра Тридуба, опустили на пол, он припал к стене, дышал сипло, глаза закрыты. Дор обессиленно упал рядом.

— Здесь ведь нет никакого кристалла, Ник? — спросил он.

— Нет, — ответил я, сел на пол напротив. — Вообще не видно.

— И что делать?

— Искать дальше. Друидов надо искать. Но я пока не знаю где.

Дор кивнул.

— Найдем, — сказал он твердым голосом. — Обязательно найдем. Глотки порву этим друидам за всех своих братьев. И верну наш кристалл. Верну. Я сказал!

Что тут скажешь? Я ему верил. Мужик сказал — мужик сделает.

А уж этих трехметровых волосатых гигантов в женоподобности не заподозришь. Настоящие мужики.

Облучения мы нахватались, будь здоров.

Бур даже как будто позеленел. Но Дор сказал, что у лесовиков иммунитет высокий, оклемается.

Как оказалось, ближе к центру зала земля была горячая, как на сковородке. У меня подошвы оплавились, у Дора и Бура голые ступни обгорели. Как только мы отошли на безопасное расстояние от центра Тридуба — вывеска об опасности перестала появляться — Соня принялась нас лечить. Первым делом утолили сушняк, пока она занималась Буром. Выделила нам с Дором по баночке мази, мол, вы и сами справитесь. У меня лицо и открытые части рук полыхали от жара, хорошо прожарило. Тело пробивал озноб, пот лился ручьем, щипало глаза и кожу, во рту, словно кошки наваляли куч.

Лесовики, заросшие шерстью до самых глаз, в этом смысле почти не пострадали. Дор сидел напротив меня, методично втирал мазь в ступни, смотрел на Бура, сдвинув брови.

Молодой лесовик был не очень. Совсем плох, если честно.