– Верно, – сказал Холли. – Но Лу был на стороне Маддена, и его присутствие могло им помешать. Они предпочли видеть жертву одну и без защиты. Конечно, это натянутое объяснение. Но я верю в свою теорию, А вы не согласны?

Чан покачал головой.

– Лишь по одной причине. Долгий опыт говорит мне, что нельзя следовать только одной версии. Мне нужно самому разобраться в этом деле. Нужно, но пока я в полной темноте.

– Значит, у вас еще мало фактов? – спросил Холли.

– Я близок к разгадке, но знаю еще не все.

Он посмотрел на письмо, которое держал в руке.

– Мы наблюдаем и ждем, и, возможно, скоро что-нибудь прояснится.

– Все это хорошо, – заметил Иден. – Но мне кажется, что мы больше не можем оставаться на ранчо Маддена. Вспомните, я обещал, что Дрейкотт сегодня встретится с ним в Пасадене. Мадден скоро вернется, а что я ему скажу?

– Случайная неудача, – пожал плечами Чан, – Они ведь могли не опознать друг друга. Такие случаи бывают с незнакомыми людьми. Это могло произойти и сегодня.

Иден вздохнул.

– Я согласен. Но надеюсь, что П. Д. Мадден будет в хорошем настроении, когда вернется из Пасадены. Мне бы не хотелось, чтобы он еще раз воспользовался кольтом Вилли Харта. Я не хочу лежать возле кровати с пулей в голове.

Глава 16

Съемки фильма

Солнце скрылось за снежными вершинами гор, и над пустыней засияли яркие звезды. В термометре, висевшем в патио, ртуть стала опускаться.

– Теперь надо поесть горячей пищи, – сказал Чан, – С вашего разрешения, я открою несколько банок консервов.

– Пожалуйста, только без мышьяка, – ответил Боб.

Чан ушел, Холли давно уехал, а Боб в одиночестве сидел у окна. Он задумался о больших городах, где сейчас прогуливались люди, весело играла музыка и танцевали в ресторанах. Он же сидит здесь в пустыне с чувством странного беспокойства.

Вошел Чан с подносом.

– Соблаговолите присоединиться ко мне, – предложил он. – Правда, это консервы, но кушать можно.

– Консервы старые, – заметил с улыбкой Боб, принявшись за еду. – Жаль, что обед не вашего приготовления. Вы великий маг на кухне.

– Чарли, вот о чем я подумал, – после минутной паузы продолжал юноша. – Мне, кажется, удалось понять, почему пустыня порождает чувство беспокойства. Потому что чувствуешь себя таким незначительным. Посмотрите на меня, а потом в окно и скажите, могу ли я ощущать себя властелином в этом мире?

– Неплохое чувство для белого человека, – заметил Чан. – Китайцев оно никогда не покидает. Они знают, что всегда остаются песчинками в вечности. В результате китаец хладнокровен, спокоен и смиренен. У него не такие издерганные нервы, как у белого. Одним словом, жизнь для китайца не столь уж тяжелое испытание.

– Да; и он счастливее, – сказал Боб.

– Конечно.

Чан открыл банку с лососиной.

– Будучи в Сан-Франциско, я заметил, что белые – горячие и возбужденные, как в лихорадке, люди. А зачем? Этого я не понимаю.

Когда они поели, Боб попытался помочь Чану. Однако тот вежливо, но твердо отклонил его услуги. Тогда Боб присел к радиоприемнику и включил его. В тихой комнате раздался звонкий голос диктора.

– А теперь мы предлагаем вам послушать характерные калифорнийский песни. Мисс Норма Фитцджеральд, выступающая у Мейсона в «Однажды июньской ночью», споет вам… Что вы будете петь, мисс Норма?

У слышав имя Нормы, Боб позвал детектива.

– Здравствуйте, дорогие радиослушатели, – заговорила Норма Фитцджеральд. – Я рада, что вернулась – в старый добрый Лос-Анджелес.

– Хелло, Норма! – сказал Иден. – Лучше расскажите нам о Делани. Два джентльмена в пустыне охотно выслушают вас.

Норма начала петь глубоким чистым сопрано. Они внимательно слушали ее.

– Вот одна из больших загадок белых людей, – сказал Чан, когда она кончила петь. – Нам нужно поскорее увидеть эту леди.

– Да, но как это сделать?

– Придумаем что-нибудь, – ответил Чан и вышел.

Иден взял книгу. Через час чтение прервал резкий телефонный звонок. Веселый голос Паулы приветствовал его.

– Чахнете в одиночестве? – спросила она.

– Да, – ответил Боб.

– В город приехала наша группа, – сказала девушка. – Приезжайте ко мне.

Иден поспешил в свою комнату, затем в патио, где Чан разжигал камин. Огонь освещал его спокойное неподвижное лицо. Боб задержался возле детектива.

– Есть новые мысли по поводу нашей загадки? спросил он.

Чан покачал головой.

– Нет. В данный момент мои мысли далеко от ранчо Маддена, в Гонолулу. Должен признаться, что сердце зовет меня домой… Меня ждет дом на Панчбоул-хилл и десять детей.

– Десять! – воскликнул Иден. – Боже мой! Вот это отец!

– Это звучит гордо, – сказал Чан. – Вы уходите?

– Поеду в город. Звонила мисс Вендел, в город прибыла съемочная группа. Кстати, я только сейчас вспомнил, что завтра они должны сюда приехать. Мадден разрешил им, хотя держу пари, что старик забыл об этом.

– Возможно. Но лучше не напоминать ему. Я очень хочу посмотреть, как рождаются фильмы, чтобы потом рассказать своей старшей дочери.

Иден засмеялся.

– Надеюсь, это вам удастся. Я скоро вернусь.