Читаем Лекарь 6 полностью

Я сейчас приступаю к осмотру и откровенному обыску Жигулей, машины, немного мне знакомой, по стажировке в колледже и редким случаям, когда такие пригоняли на сервис. Наш работал по ценам выше среднего и поэтому, такое дело случалось нечасто.

Так, что же Зураб достал из тайника?

Деньги или документы?

Первым делом я обыскиваю салон и нахожу под сидением водителя толстый лопатник из блестящей кожи. Красивый такой, напомнил мне мой щегольский портфель, с которым я так важно ходил на службу в Ратушу.

В лопатнике нашлись купюры, солидная пачка, но, безо всяких документов. Я посмотрел в бардачке и за солнцезащитными козырьками, нигде их нет, ни документов Зураба, ни на машину. В принципе, если кататься по местности, где все знакомы, то, по местным понятиям, все и так знают друг друг, чтобы не останавливать просто так. Я включаю зажигание и хочу проверить, сколько бензина в баке, только указатель ничего не показывает. Как я и думал, машинка ушатанная у такого хозяина, похоже, что она не своя, для работы на плантации выдана, всего скорее. Да и должность не очень солидная и слишком рисковая для такого взрослого мужика, похоже, что залетчик — мой хозяин, для местных авторитетов. Накосячил где-то серьезно и теперь отбывает срок на плантации.

Зато в бардачке находится подробный атлас дорог Грузинской ССР, выпущенный в 1980 году и выглядящий вполне свежим. Посмотрю я его потом, как и посчитаю деньги в кошельке. Пора проведать моих пленников, не замышляют ли чего против моей милости.

Возвращаюсь в дом, мимо беснующейся собаки, смотрящего по сторонам, в надежде на помощь, вытащенного на улицу пленника, пытающегося отвлечь меня разговором. Но, я не обращаю внимания на его вопрос, долго ли я собираюсь держать его связанным и заскакиваю в дом, предварительно осмотревшись с порога, остались ли красавцы связанными и не поджидают ли меня со стулом в руках.

Не поджидают. Только успели сползтись, как змеи и пытались, судя по теперешнему положению, развязать друг друга, что сделать на ощупь довольно трудно и, почти невозможно, не видя соседа и лежа спиной.

Но, все же стараются и не сдаются, крепкие морально мужчины.

Лопатник я опускаю в карман своих немецких штанов, ключи тоже и кладу атлас дорог на стол. Погрозив пальцем непослушным мужикам, утаскиваю второго помощника на улицу, оставив Зураба одного в доме. Оттаскиваю его подальше от лежащего подельника и бросаю около дерева цепь с замками, кажется, я придумал, как оставить своих пленников здесь, чтобы не рисковать скорой погоней, и они не померли из-за стянутых рук и ног. Ведь видно, что пытаются изо всех сил порвать веревки и те, только плотнее, впиваются в запястья рук. Так и до ампутации дойдет, если сегодня никто не появится спасать пропавших граждан.

Возвращаюсь к машине и осматриваю заднее сидение и багажник. На заднем — ничего интересного, кроме ружья, которого я не касаюсь, зато в багажнике обнаруживается полная канистра, даже с убогой воронкой и, проверив, что в канистре именно бензин, а не украденная солярка, я выливаю ее полностью в бак и бросаю рядом с машиной. Потом вспоминаю, что оставил на ней свои отпечатки и надеваю найденные в багажнике рабочие рукавицы, тщательно протираю всю канистру, на ручке и снизу, где я хватался за нее.

Придется протереть все, что я брал в руки или касался в доме, чтобы не наследить. Вряд ли, есть большой шанс, что милиция появится здесь и я собираюсь сделать это на самый крайний случай, если такое чудо все же произойдет.

Пленники, в таком случае, завопят, что они тут сами жертвы, а хозяин дома и огорода, что самое важное, уехал на машине, не попрощавшись и его отпечатки пальцев есть на всем, чего он касался.

Надо мне это? Не надо, конечно, чтобы мои отпечатки появились в базе МВД, как подозреваемого в особо крупном сбыте, как хозяина целой плантации. Потом, конечно, разберутся, только возникнут новые вопросы, на которые я не хочу отвечать. Не стоит оставлять после себя любые следы, а то отправят по чужой статье на много лет.

Завожу машину, для проверки. Все нормально и, повозившись с выбором скоростей, я переставляю ее задом к воротам, чтобы сразу скатиться с косогора вниз, если появится надобность. Надо захватить у хозяина бутылек дешевого одеколона большого объема, такой я видел, и пару тряпок, убрать следы в машине.

Возвращаюсь к дому, обхожу пленников, довольно уже злобно таращащихся на меня и вхожу в дом, закрываю дверь. Нахожу бутылек с одеколоном, кухонное замасленное полотенце, поднявшись на второй этаж, протираю все, чего мог коснуться, особенно окно, которое открывал и даже лестницу, по которой спускаюсь вместе с рюкзаком. На первом этаже так же занимаюсь протиранием ложек, ножей и оконных ручек, Зураб обалдевши, глядит на меня и мои хлопоты и уже молчит. Начинает до него доходить, что все может окончиться очень печально для него и приятелей.