— Оставайтесь в корабле и ни в коем случае не покидайте его. Мы попытаемся найти какое — нибудь решение. Я вызову вас сам. Конец.

Они быстро обсудили создавшееся положение. Сами легионеры не могли выбраться из города, поэтому нечего было и думать о том, чтобы пробиться к Смиту.

Но все равно они должны были любой ценой попытаться использовать свой последний шанс.

Перкинс вновь обратился к Ковачу, так как среди них он был единственным, кто хорошо знал город и весь район в целом.

По тем координатам, что сообщил Смит, они легко нашли по карте местонахождение пилота.

Предположим, рассуждали они, что все же — хотя это ещё требовалось доказать — группа сумеет незаметно покинуть город. В этом случае они должны будут обогнуть озеро, вступая в неизбежные стычки с хорелиями, рассыпавшимися по его берегам.

Перкинс, взглянув на товарищей, произнес:

— Лично я вижу только два возможных выхода: или попытаться переправиться через озеро вплавь, или же найти какое — то плавсредство.

Но тут он понял, что Ковач в силу своего возраста не сможет воспользоваться первым вариантом, и поспешил добавить:

— Естественно, совершенно необходимо найти что — нибудь такое, на чем мы смогли бы беспрепятственно подплыть к месту катастрофы аэроджета. Ковач, это реально?

Старый ученый, покачав головой, тихо пробормотал:

— Может, и так, но…

Перкинс, поняв, что это весьма и весьма проблематично, предпочел больше не настаивать на своем предложении.

— Ладно. У нас впереди целая ночь, чтобы поразмыслить как следует, прервал он обсуждение. — Все равно до утра мы не в силах что — либо предпринять.

Ночь уже вступила в свои права, окутывая темнотой мертвой город. Снегопад прекратился. Лишь порой отдельные редкие снежинки вдруг начинали затейливо танцевать на ветру, похожие на толстых белых насекомых, ослепивших и неуверенно тыкающихся туда — сюда в поисках пути.

В городе зажегся свет. Он преломлялся в густом тумане, поднимавшемся с улиц на несколько метров ввысь и окружавшем ореолами фонари на столбах.

Наступила невыносимо тягостная ночь ожидания, возможно, последняя в их жизни. В любом случае — как смутно чувствовал Перкинс — других не могло больше быть.

Если они так и не смогут найти способ добраться до аэроджета, их гибель неминуема.

Хорелии не становятся ни перед чем, чтобы расправиться с ними. И вообще, кто знает, что они сейчас затевают, затаившись где — то неподалеку от них? Никто не мог ответить на этот вопрос и предусмотреть ход событий.

Вместе с Круппом и Ковачем Перкинс тщательно изучил возможный маршрут следования по городу. Они должны были выйти к озеру, избегая наиболее опасных зон, которые сейчас и выявили с максимальной точностью.

Все согласились, что для пересечения города им потребуется что — то около часа.

Было решено оставить на вилле все оснащение экспедиции и взять только оружие.

Ковач сказал, что на берегу озера есть док. Если фортуна им улыбнется, они, может быть, смогут найти там лодку в хорошем состоянии.

Но он не был в этом уверен.

В тот момент, когда они обсуждали эту возможность, в гостиной внезапно погас свет.

В едином порыве они бросились к выходу, но и снаружи царила беспросветная ночь.

Ни единого огонька ни на одной из соседних улиц.

Оцепенев от ужаса, они молчали, боясь высказать вслух сразу же пришедшую им на ум догадку.

— Электростанция, — первым решился нарушить тишину Крупп. — Они захватили её.

— Вы, несомненно, правы, — поддержал его Ковач. — Вероятно, так оно и есть. Но, позвольте, каким, черт побери, образом…

— Каким?! Хотите знать каким?! — взорвался Перкинс. — Что нам теперь до этого?

— Командир, вы не находите, что для демонстрации своей нервозности вы выбрали явно неудачный момент? В конце концов, шеф здесь вы, значит, вам и принимать решение, — хлестко прозвучал голос Круппа.

Перкинс снес выпад подчиненного не моргнув глазом. Он уловил в этой реплике ненависть, внезапно взорвавшуюся где — то в глубине души Круппа. Как знать, не наступившая ли темнота наконец — то освободила в нем ту тайную обиду, которая подтачивала его с самого начала экспедиции?

Ковач молча куда — то отошел. Перкинс слышал, как он вернулся в комнату и принялся там что — то делать. Затем вдруг вспыхнула искра, превратившаяся затем в желтоватого цвета пламя, хоть и слабо, но все же рассеивавшее окружавший их мрак.

Ковач подрегулировал яркость. Стало гораздо светлее.

— Это старинная керосиновая лампа, — объяснил ученый. — Я пользовался ею до тех пор, пока не наладил электростанцию.

Перкинс ещё раз проверил надежность запоров на всех дверях. Убедившись, что все в порядке, он вернулся к Ковачу, избегая смотреть на механика. Тот, похоже, успокоился.

Глава 14

Около полуночи Крупп, дежуривший у окна, выходившего в сад, подал коллегам знак о приближении опасности.

Они тотчас же поспешили к нему. Киборг пояснил:

— Я явно слышал какой — то шум… что — то двигалось снаружи…

Перкинс и Ковач вплотную приблизились к плексигласовой поверхности и настороженно принялись сверлить взглядами темноту. Но ничего не обнаружили.