Читаем Легендарный Корнилов полностью

Весь тот день Корнилов провел рядом с Алексеевым, и впервые получил возможность близко познакомиться с этим человеком. Интерес его к Михаилу Васильевичу был не случайный. В определенной степени командующий войсками Петроградского военного округа подчинялся Верховному главнокомандующему и напрямую зависел от него. Во-вторых, из распространявшиеся информации Корнилов достаточно многого знал о личности Алексеева, и в определенной степени даже видел в нем родственную душу. Два эти фактора были слишком важными для того, чтобы ими пренебрегать в столь смутное время.

По своему происхождению М. В. Алексеев как нельзя лучше отвечал тем требованиям, которые выдвигали демократы к высшим руководителям революционного общества. Он происходил из самых низов российского общества – был сыном солдата, который в результате многолетней службы получил офицерский чин. Сам Михаил Васильевич родился 3 (13) ноября 1857 года в одной из заброшенных деревень Тверской губернии. Но затем, как сын офицера, он смог закончить Тверскую классическую гимназию, Московское юнкерское пехотное училище и Николаевскую академию Генерального штаба.

По служебной линии Алексеев также прошел достаточно тернистый путь. Буквально сразу же после окончания юнкерского училища он попал на войну с турками, и за личную храбрость был удостоен первых боевых наград. В период русско-японской войны генерал-майор М. В. Алексеев уже был генерал-квартирмейстером 3-й Маньчжурской армии. Таким образом, он имел боевой опыт как на тактическом, так и на оперативном уровнях.

Послужной список Алексеева в мирное время также был достаточно внушительным. Он преподавал в Николаевском кавалерийском училище, был начальником штаба армейского корпуса, а с 1895 года – начальником одного из отделов Главного штаба. В последней должности, как отмечал один из его сослуживцев генерал Александр Сергеевич Лукомский, «он стал постоянным участником и ближайшим помощником генерала Ф. Ф. Палицына (в то время начальника Главного штаба) на всех полевых поездках… Отличаясь громадной работоспособностью, Алексеев являлся образцом, по которому старались равняться и другие участники полевых поездок». В это же время Михаил Васильевич параллельно преподавал в Николаевской академии Генерального штаба. С 1906 года в течение последующих пяти лет М. В. Алексеев вначале занимал должность обер-квартирмейстера Главного управления Генерального штаба, затем был назначен начальником штаба Киевского военного округа. Перед самой войной он был назначен командиром 13-го армейского корпуса.

Первая мировая война для немолодого уже М. В. Алексеева стала очередным трамплином для его служебного роста. В марте 1915 года, после ухода по болезни генерала Рузского, он ненадолго был назначен командующим Северо-Западным фронтом. А в августе того же года по личному указанию императора занял должность начальника штаба Верховного главнокомандующего. Позже о нем генерал Ю. Н. Данилов в своих мемуарах писал: «Генерал Алексеев – человек рассудительный, достаточно спокойный и вполне подготовленный… к широкой стратегической работе. Он пользовался в армии вполне заслуженной репутацией человека больших знаний и огромной личной трудоспособности. Происходя из скромной трудовой семьи, Михаил Васильевич проложил себе дорогу на верхи армии необыкновенной добросовестностью и неутомимой энергией. Его уважали и любили за простоту обращения и общую благожелательность…» Такого же мнения об Алексееве был и генерал Н. Н. Головин. Он отмечал, что «в армии популярность его распространялась главным образом на офицерские круги. Командный состав видел в нем наиболее знающего из всех русских генералов руководителя, а армейские офицеры – своего брата, вышедшего на высшие ступени иерархии исключительно благодаря личным заслугам».

Правда, многие офицеры, хорошо знавшие Алексеева по совместной службе, считали, что Михаил Васильевич не лишен и отдельных недостатков. Так, тот же Ю. Н. Данилов писал, что «если нужно говорить непременно о недостатках, присущих всякой человеческой природе, то в числе таковых я бы, прежде всего, отметил у генерала Алексеева недостаточное развитие волевых качеств… Внешность его также мало соответствовала высокому положению. Сутуловатый, с косым взглядом из-под очков, вправленных в простую металлическую оправу, с несколько нервной речью, в которой нередко слышны повторявшиеся слова, он производил впечатление скорее профессора, чем крупного военного и государственного деятеля… Его характеру не чужда была некоторая нетерпимость к чужим мнениям, недоверие к работе своих сотрудников и привычка окружать себя безмолвными помощниками. Наличие этих недостатков сказывалось у генерала Алексеева тем отчетливее, чем расширялась область его деятельности…».