Читаем Леди не сдаются полностью

Да, пусть умом я понимала, что они боятся за моё будущее, но как же мои чувства и мой собственный выбор. Зачем вынуждать меня идти на бал, если я все равно не планирую искать жениха в ближайшие пару лет точно. Может быть я и встречу кого-нибудь потом, сейчас я бы предпочла сделать имя артефактора и зельевара, когда-нибудь в будущем продолжить дело отца и осуществить его мечту о доступных для всех слоев населения лекарствах. Но взглянув в полные сожаления и затаённой тоски глаза, я промолчала. Коротко кивнув, я ускорила шаг и, оказавшись наверху перед дверью в свою комнату, заверила тётю, что буду собираться, после чего юркнула в комнату, спешно закрыв за собой дверь. Оставшись наедине, первым делом быстрым уверенным шагом я прошла к гардеробной. С неприятными делами лучше разбираться в первую очередь, тогда они не будут нависать над тобой неподъемной ношей. Открыв на себя дверки я скептически осмотрела висящие платья, нужно было выбрать что-то не вычурное, но достойное молодой леди, которой я все таки являлась. Взгляд упал на светло-голубое атласное платье с пышной юбкой, отороченной по подолу и декольте тонкой искусно плетёной полоской кружева. Скромно и элегантно. Пусть будет оно. Подобрав туфельки, палантин и заколки для прически, я с чистой совестью оставила платье на кровати, а сама направилась в ванну, отмокать в теплой воде и морально готовиться к вечеру. Наконец-то расслабившись и пролежав в ванне чуть дольше положенного, я услышала непонятный шум, исходивший из моей комнаты, и встревоженная этими звуками, поспешила выбраться из воды. Быстро протерев кожу полотенцем, я накинула халат на плечи и вошла в комнату.

— Тётя? Что происходит?

Первое, что бросилось мне в глаза — это количество людей находившихся в комнате. Лакей, пара горничных и тётя. Признаться ко мне редко заходили посторонние, даже убираться в своей небольшой комнатке я предпочитала сама. Слегка шокированная увиденным, я даже не сразу обратила внимание на причину, по которой все здесь оказались. А точнее причины. И было их не одна и не две. В комнате находилось несколько различающихся по размеру коробок. Дорогая упаковочная бумага и эмблема известного модного дома говорили сами за себя. Передо мной стояли коробки из мастерской известного дизайнера и модельера (как он сам себя величал) Августо Нери. Очевидно это и стало причиной столпотворения в моей комнате.

— Откуда это? — спросила я в надежде прояснить ситуацию.

— Из дворца! — тётя с некоторым недоумением или даже удивлением уставилась на меня, — только что доставили для тебя от имени Императрицы.

— От Императрицы? — теперь настал мой черед удивляться.

Уставившись на коробки так, словно они могли меня съесть, я с опаской направилась к самой большой и пугающей из них. Почувствовав спиной, как присутствующие взяли меня в плотное кольцо любопытства. Резко выдохнула и довольно резко сорвала крышку с коробки, сдерживаясь чтобы не зажмуриться. Вряд ли конечно там могло быть что-то опасное, но единственное, что я поняла после знакомства с леди Элайзой, так это то, что ждать от неё можно было чего угодно.

— Ааах, — за спиной раздались восторженные вздохи и ахи, заставляя меня вернуться из размышлений в реальность, и тут же вызывая желание протереть глаза, потому что то, что я увидела, показалось мне нереальным. Если бы в мои руки не были заняты крышкой коробки, наверное, именно так я бы и поступила.

— Что это? — задала я глупый вопрос, на который не смог бы ответить только слепой, потому что всем в комнате было отчетливо виден, торчащий лиф бального платья. И не просто платья, а самого прекрасного, невероятного, воздушного великолепия.

Белое кружево расплеталось сложным узором поверх кремового шёлка, корсаж с глубоким вырезом оголял шею и грудь, слегка прикрывая плечи небольшими лямками. Талия перехватывалась тонким кремовым пояском. А пышная юбка воздушной волной опускалась вниз.

— Какая красота, — услышала я тихий шёпот от молоденькой горничной Кайры, — а в остальных что?

— Тшш, — шикнула на неё мать и основная помощница тёти по хозяйству Милена, — не задавай глупых вопросов.

— Ваше сиятельство, было ещё письмо с Императорской печатью, — лакей протянул в мою сторону конверт, на котором красивым витиеватым подчерком было написано мое имя.

Не став медлить я открыла письмо.

"Дорогая, Алитара!

До меня дошли слухи, что семья Альерри приняла приглашение герцога на бал. Помню, что ты рассказывала о своей нелюбви к подобным мероприятия, потому прошу принять мой нескромный подарок, который, надеюсь, поможет не только пережить этот вечер, но и получить от него массу удовольствия. Ведь ничто не доставляет женщине большего удовольствия, как очаровательные платья и восхищение в глазах окружающих. А чтобы ты не смела отказаться, спешу тебя заверить, что в обмен я прошу, нет требую, подробного отчета о прошедшем вечере как-нибудь за чашкой чая.

С надеждой на скорую встречу,

Элайза Ис'Леар, Императрица Леарона."

Перечитав письмо дважды, я не стала мучить всех присутствующих ожиданием и, прокашлявшись, поделилась: