Читаем Леди Арт (СИ) полностью

— Что с тобой? — спросил он. — Ты нервничаешь? Переживаешь за мать?

Она мотнула головой.

Один хмыкнул.

— Меня ты не обманешь. Я всё вижу. Что тебя беспокоит?

Хелена молчала. Смотрела на полосу света меж плохо закрытыми шторами. Тюль колыхался от прохладного ветра, шёл волнами, а тяжелые портьеры не давали ему свободно взлететь.

Один не сводил с неё взгляд. Молчал, но ждал. Выжидал. И Хелена не знала, от чего тяжелее: от мыслей или от того, что он так смотрел. Будто мог бы просидеть в ожидании ответа вечно. И кто знает… Она сильнее сжала подлокотники и прикусила губу, зажмуриваясь. Может, так стало бы легче. Может, он бы понял или сказал что-то нужное. Хоть кто-то ведь должен был…

Хелена повернулась к Одину, шмыгнула носом и, глядя в его бесстрастное лицо, спросила:

— Кто умрёт с большей вероятностью: я или мой ребёнок?

Каменное лицо Одина едва заметно дрогнуло.

— О чём ты?

Хелена тяжело вздохнула и, прежде чем продолжить, села удобнее, спустив ноги на пол. Дрожь прошла по телу и поселилась почему-то в желудке.

— Мой отец умер от неизлечимой болезни, — Хелена говорила медленно, размеренно, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Мать серьёзно больна… Какова вероятность, что со мной случится то же?

Один поднял брови и… хмыкнул. Он расслабился в кресле и улыбнулся, глядя в её распахнутые непонимающие глаза.

— У тебя всё будет хорошо, — произнёс он. — Я бы сказал, что ты переживёшь меня, но, увы, это невозможно.

Хелена шутку не оценила.

— Значит, ребёнок… — выдохнула она и отвернулась.

Один давил рвущийся наружу рык. Она переворачивала его слова с ног на голову, придавала им то значение, о котором он и помыслить не мог. Люди! Женщины! Им нужен лишь повод — любой, самый незначительный и далёкий от реальности, — чтобы объявить себя страдальцами и усложнить и без того непростой миг, данный им для жизни. Самое раздражающее качество смертных. И самое вечное.

Один подался вперёд, взял Хелену за подбородок и развернул к себе.

— Прекращай это, — прорычал он, и слова его, тихие, но полные угрозы, громогласным эхом прошли по комнате.

Хелена напряжённо смотрела на него, не двигалась, почти не дышала. Один был близко. Слишком.

— Если то, что происходит здесь, так на тебя влияет, я заберу тебя куда угодно. Как угодно далеко.

От его шепота по напряжённым плечам пробежала дрожь. Хелена ещё сильнее впилась пальцами в подлокотники.

Он смотрел в её тёмно-голубые глаза, полные воды и горькой тоски, и этот взгляд ударил, как молния, как короткое резкое помутнение. Он коснулся большим пальцем её искусанных губ. Хелена не дёрнулась, но взгляд её резко похолодел, словно предупреждая. А сердце билось в горле.

В дверь постучали. Один отстранился, убирая руку. Хелена, выпав из оцепенения, вжалась в спинку кресла и прижала ладони к губам. Её дикий взгляд метался.

Стук повторился.

— Войдите! — пробасил Один.

Мадам Берроуз заглянула в комнату, задержала взгляд на Одине, но, не выразив никаких эмоций, обратилась к Хелене:

— Ваше высочество, сэр Рейверн хочет вас видеть.

Та не отзывалась.

— Ваше высочество? — повторила гувернантка и на этот раз скользнула взглядом по Одину с некоторым опасением.

Тот же встал и посмотрел на Хелену.

— Пойдём.

Она подняла глаза, моргнула и покачала головой.

— Выйдите, — сказала она тихо и холодно, а затем повернулась к гувернантке. — Я хочу переодеться.

Сэр Рейверн не должен был видеть, что она не спала, что переживала и была разбита. Она не хотела предстать перед ним в мятом платье и со спутанными волосами. Макияж тоже, наверно, рассыпался…

— Сэр Один, пожалуйста, — со строгой вежливостью обратилась к нему мадам Берроуз.

Один развёл руками и безо всяких возражений пошёл к выходу, обернувшись у самой двери. Хелена на него не смотрела: глядела в никуда застывшими глазами и вытаскивала из спутанных волос цветочные шпильки и заколки. Гувернантка расстёгивала ей платье, обнажая белую кожу спины…

Он вышел.

Хелена обернулась на звук закрывшейся двери и нахмурилась.

— Если сэр Один ещё раз решит зайти ко мне, не пускайте его и предупреждайте меня заранее, — попросила она и, получив в ответ «Разумеется, ваше высочество», немного успокоилась.

Ровно до того момента как вышла из комнаты.

Один ждал в коридоре. Он окинул её оценивающим взглядом: Хелена будто пыталась спрятаться в ткани строгого синего платья в пол, но она не была бы собой, если бы не рушащие всё мелочи. Сверкающие кольца, длинные тяжёлые серьги — и высокий закрывающий шею воротник. Белые кружевные манжеты. Волосы собраны будто на скорую руку аккуратной заколкой, усыпанной сапфирами. Она выглядела всё так же отстранённо, грустно и устало, но красиво.

— Сэр Рейверн, должно быть, заждался, — хмыкнул Один.

— Мне всё равно, — сказала Хелена, скрестила руки на груди и пошла вперёд.

* * *

Элжерн Рейверн мерил шагами кабинет, сложив руки за спиной. Хмурое выражение не сходило с его лица, а глубокие морщины на лбу, казалось, больше никогда не разгладятся. Он молчал, но от этого выглядел ещё более жутким. Напряжение можно было резать.