Читаем Лед и пламя полностью

«Нет, просто это уже сказывается усталость. Там никого нет. На такой скорости и без использования магии я должен был оторваться».

Неожиданно конь споткнулся и упал… замертво, подняв еще больше пыли вокруг. Сердце животного не выдержало такой дикой скачки, ведь бедолага был уже не молод, а гнали его слишком нещадно. Сам же всадник отправился в недолгий полёт, и только наработанная упорными тренировками ловкость позволила вовремя сгруппироваться и удачно приземлиться, не свернув шею. Коротко выругавшись, человек в чёрном поднялся на ноги, стряхнул с тёмной ткани пыль и, не оглядываясь на бездыханное животное, пошел дальше по дороге.

Спустя время мужчина оказался рядом с недавно упомянутой таверной.

«Весьма кстати». — Решил он, толкая входную дверь. Оказавшись внутри, увидел, как вокруг кучки столиков столпилась целая аудитория. — «Оно и к лучшему. Меньше чужих глаз, все заняты танцовщицей».

Усевшись за один из столиков, он погрузился в свои мысли, в то время, как девушка-танцовщица тонула во всеобщем внимании, чего сама же практически и не замечала. Танец приносил ей ни с чем несравнимое удовольствие, и находись она здесь одна, наслаждалась бы им точно так же.

Впрочем, мало кто задумывался, но в данный момент дела обстояли куда более прозаично. Несмотря на талант, у танцовщицы были и самые обычные потребности… Как и всем, ей, нужно было где-то спать и что-то есть. А посему она и тратила свое время и талант на эту не совсем приличную публику, пытаясь заработать небольшую горстку золота или хотя бы серебра…

Ритм музыки нарастал стремительно, вместе с тем и девушка двигалась все быстрее. Музыканты, устроившиеся позади импровизированной сцены, тоже трудились наславу.

Вспыхивало пламя в волосах танцующей, опаляя своим неистовым жаром тех, кто стоял особенно близко, сияла улыбка на алых губах, блестела искрами дикого костра нежная бархатистая кожа, светились яркие глаза.

На самом пике своего ритма музыка резко оборвалась, последний аккорд завис в воздухе оглушительным звоном.

Вместе с тем в соблазнительной позе, прогнувшись назад и устремив взгляд вверх, замерла и девушка-танцовщица. Послышались первые завороженные хлопки из толпы зрителей, их подхватили другие, а потом толпа разразилась заливистым свистом, одобряющими криками и какофонией голосов.

Девушка поклонилась. Искры на ее коже таяли, волосы становились обычными — золотисто-пшеничного цвета, а глаза, еще мгновение назад полыхавшие раскаленными углями, теперь стали серо-зелеными, с золотистыми крапинками хитринки и веселья.

Хозяин таверны с довольной улыбкой кивнул ей и помог спуститься со столов, которые тут же растащили по местам. Музыканты снова завели свою мелодию, уже тихую и больше подходящую, как фон. Из-за прилавка выскочил мальчишка с бронзовым подносом.

— Ну, а теперь, дорогие гости, будьте так любезны, отплатить нашей милой танцовщице! — Пробасил хозяин. Со звоном на поднос полетели серебряные и бронзовые монетки, кто-то даже кинул золотые. Представления в тавернах давали не многие, все же заработать на жизнь музыкой, песнями или плясками было не просто. Потому и было заведено всем присутствующим на подобных действах, скидываться хотя бы по медяшке, чтоб хоть как-то поддержать артистов.

Танцовщица тем временем забралась на стойку, свесив ноги, потому как свободных столиков рядом не было, да и сегодня ей было позволительно вести себя таким образом. За стойкой стояла дородная женщина, жена хозяина, из рук которой, девушка приняла большую кружку с вином, разбавленного ледяной водой, благодарно кивнув.

"Фух, сегодня вроде неплохо заработаю… И хорошо, а то в кармане уже почти ничего и не осталось… Повезло, что трактирщик дал добро на представление… Пусть и процент возьмет, главное, чтобы хоть какую-то часть мне отдал…» — в мыслях рассуждала она, оглядывая зал.

Однако, мы чуть не позабыли, что здесь находился субъект, так же интересный нашему вниманию. Тот самый человек в черном балахоне. Сейчас он выглядел совершенно отрешённо, даже при том, что лицо его было скрыто капюшоном. Он был весь в своих мыслях и даже не заметил, как закончилось представление. Да и что ему? Его подобные вещи давно не интересовали.

Собственно, из транса чернокнижника (а именно им и являлся человек в черном, что, впрочем, оставалось тайной для окружающих) вывело тихое покашливание мальчика. Мальчишка задержался у его столика, ожидая платы за представление, и пытался как можно более ненавязчиво привлечь внимание. Да и все взгляды, в том числе и взгляд хозяина таверны, сосредоточились сейчас на таинственном госте.

— Пошёл. Вон. — Тихо и с расстановкой произнёс гость, не замечая устремленных на него взглядов. Тем не менее, услышан он был всеми присутствующими. По залу прошёл возмущённый ропот. Испуганный парнишка замер у стола, огорошенный такой реакцией незнакомца.

— Ты что, самый умный?! Плати, давай, пока бока не намяли! — Послышался сиплый грубый голос откуда-то из зала.