Читаем Лавандовый сад полностью

– История действительно захватывающая, – согласилась с ним Эмили, сделав вид, что не заметила иронии. – А вы, случайно, не знаете, где сейчас эта книга о фруктах?

– Не видел ее с тех самых пор, как Себастьян показал мне ее, отыскав на одной из полок в нашей библиотеке. – Внезапно Алекс ощетинился. – С учетом того, что добраться до верхних полок я не могу самостоятельно, он наверняка упрятал ее где-нибудь там, наверху.

– Хорошо, я поищу сама. А если не сумею найти, тогда спрошу у Себастьяна, когда он вернется домой. – Эмили снова погрузилась в чтение стихов. – Вот красивое стихотворение. И такое по-детски непосредственное. София сама указала свой возраст внизу. – Эмили внимательно прочитала подпись. – Ей на тот момент было только девять лет. В нем она описывает, что бы она хотела увидеть, если бы могла видеть. Я… – Эмили тряхнула головой, стараясь скрыть подступившие к глазам слезы. – Все это грустно, так грустно…

– А мне особенно понравилось вот это стихотворение. – Алекс пролистал несколько страниц. – Называется «Свет за окном». Такое изящное в своей простоте, и с рифмой все в полном порядке. Эмми! Вы бы не могли рассказать мне о том, что знаете о моей бабушке и о том времени, которое она провела во Франции? Я буду крайне признателен вам за такой исторический экскурс.

Эмили занялась приготовлением ризотто и одновременно стала пересказывать Алексу все то, что она узнала о Констанции от Жака. Алекс слушал ее с величайшим вниманием, задавал вопросы прямо по ходу, если что-то было ему непонятно.

– Вот все, что мне известно на данный момент, – завершила она свой рассказ, раскладывая ризотто по тарелкам. – Какое непостижимое стечение обстоятельств! После стольких лет наши семьи снова пересеклись и даже объединились. Поразительно, да? Вам так не кажется?

– О да, – отозвался Алекс берясь за вилку. – Действительно поразительно.

Заслышав знакомые нотки иронии в его голосе, Эмили бросила на него быстрый взгляд.

– Не понимаю, что вы пытаетесь сказать? Намекаете, что у Себастьяна был мотив появится в Гасси? Ошибаетесь. Чистая случайность, что мы с ним познакомились там. Он приезжал в Вар по делам. А меня узнал по фотографии в одной из газет. И сразу же, в самую нашу первую встречу, рассказал о том, что связывает наши обе семьи.

– Ну и прекрасно. Тогда в чем проблема? Теперь уже я не понимаю вас.

– Нет никаких проблем, – сказала, как отрезала, Эмили.

– Тогда проехали, так? – предложил ей Алекс миролюбивым тоном.

Однако осадок после этой коротенькой перепалки остался у обоих. Напряжение витало в воздухе, и нынешний ужин мало чем напоминал комфортную обстановку вчерашней трапезы. Сразу же после ужина Алекс удалился к себе. Эмили, прихватив с собой чашку какао, тоже пошла наверх.

С какой стати ей сомневаться в мотивах, которые двигали ее мужем на момент их знакомства, раздраженно размышляла Эмили, забираясь под одеяло. Она уселась на кровати, подложив под спину подушку, и стала греть руки о чашку с горячим какао. Каковы бы они ни были, дальше все в их отношениях пошло так, как пошло. Они полюбили друг друга, а потом и поженились.

Она улеглась в постель и погрузилась в чтение стихов Софии. Такие прелестные стихи и такие искренние… Снова и снова она задавалась одним и тем же вопросом. Почему отец так мало рассказывал ей о своей младшей сестре? О существовании Софии Эмили узнала еще ребенком. Однажды она обратила внимание на портрет, висевший на стене отцовского кабинета в их парижском доме. На портрете была изображена красивая молодая девушка с копной белокурых волос, рассыпавшихся по плечам. Она гладила персидского кота, уютно устроившегося у нее на коленях, и в ее больших бирюзовых глазах мелькала легкая усмешка.

– Кто это, папа? – помнится, спросила она тогда у отца.

Последовала долгая пауза, прежде чем отец ответил:

– Это моя сестра, Эмили. Твоя тетя София.

– Она очень красивая.

– Да, она была настоящей красавицей.

– Она что, умерла?

– Да.

– Расскажи, папа, как она умерла.

– Я не хочу говорить об этом, Эмили, – обронил отец, и его лицо мгновенно приобрело отрешенное выражение.

И впервые за долгие годы, вспоминая тот разговор с отцом, Эмили наконец поняла, что она увидела тогда, будучи ребенком: в глазах отца заблестели слезы.

На следующее утро, сжав зубы и стиснув всю свою волю в кулак, Эмили мужественно преодолела на «Лендровере» расстояние до Моултона, чтобы там запастись провизией на предстоящие выходные. Поезд, на котором приезжает Себастьян, должен прибыть в Йорк сегодня в девять часов вечера. В телефонном разговоре с ней он сказал, что к десяти будет уже дома. Так оно и случилось. Эмили с радостью упала в объятия мужа, донельзя обрадовавшись его возвращению.

– Ну, как ты тут без меня управлялась? – поинтересовался он первым делом.

– Все хорошо, – ответила она и сразу же потащила Себастьяна на кухню. – Как тебе? Нравится?

Себастьян окинул взглядом свежеокрашенные стены.

– Да, разница есть, – признал он результат ее трудовых усилий несколько снисходительным тоном. – Но как ты смогла отодвинуть от стены этот тяжеленный буфет?

– Мне Алекс помог.