Читаем Lai`a Gol полностью

Все эти мысли не добавили Алине хорошего настроения. Она безо всякого аппетита доела ужин и теперь медленно пила чай, мрачно наблюдая, как Эван и Лея перешёптываются о чём-то на странном, немного шипящем, наполненном жёсткими сочетаниями звуков, языке Вулкана. Подумаешь, невидаль. Она тоже выучит, если захочет — с её-то способностями, ещё бы! — вот только… зачем? На последнем курсе всем выдадут универсальные переводчики, и тратить драгоценное время на изучение того, что заведомо не пригодится — нелогично.

Вот Совок потемнел лицом и что-то резко ответил Лее, которая тут же захихикала, спрятав лицо на плече у Эван. Т'Ария произнесла несколько слов тихим, примиряющим тоном, словно мать, урезонивающая ссорящихся детей, и оба тут же угомонились, возвращаясь к еде. Со стороны эти четверо с Вулкана производили впечатление близких родственников, собравшихся за обеденным столом, где братья и сёстры обмениваются язвительными репликами и выводят друг друга из равновесия, но при этом стоят друг за друга стеной. Тира, Иван и Микки чувствовали себя в этой атмосфере как пираньи в чистых водах Амазонки, а Майк и Айл делали то же самое просто из уважения и желания поддерживать дружеские отношения с коллективом.

Нет, с этим определённо надо что-то делать…

* * *

На следующий день, отвечая у доски на занятии по молекулярной физике, Совок, как обычно, нашёл самое оригинальное решение задачи, и, как обычно, неважное знание английского не позволило ему донести свою идею до преподавателя в деталях. Алина исправила его, не скрывая удовольствия. Совок вернулся на своё место и сел за стол, нахохлившись от переполнявших его смущения и досады. Лее даже показалось, что на его ресницах блеснули слёзы, но она потрясла головой, отгоняя это видение, как совершенно идиотское и лишённое всяческой логики; и попыталась было мстительно порадоваться неудаче своего вечного недруга, однако это оказалось совсем непросто — Алина нравилась ей ещё меньше, а Совок… он ведь, в сущности, совсем неплохой парень. На этом месте её размышления были прерваны жестокосердным преподавателем, который терпеть не мог в жизни две вещи — клингонов и когда на лице у курсантов появлялось подобное мечтательно-упёртое выражение. Как правило, после этого они либо обматывали туалетной бумагой ореховое дерево под окнами декана, либо прятались на первом подвернувшемся космическом корабле, отправляющемся к границам Федерации. И то и другое грозило в лучшем случае карцером, в худшем — исключением из Звёздной Академии, и преподаватель поспешил вызвать Лею к доске, пока она не успела определиться, какой из вышеупомянутых способов сведения счётов со своим блистательным будущим подходит ей наиболее всего. Представив своё решение задачи, Лея, не особо удивляясь, получила ту же сумму баллов, что и Совок, но не огорчилась, ибо накануне готовилась из рук вон плохо, зато спидер был готов и сдан в эксплуатацию, а полусотенная кредитка приятно похрустывала в нагрудном кармане.

* * *

Спустя два часа они уже находились на спортивной площадке. Иван, Совок и Т'Ария, не выказывая никаких признаков усталости, бежали впереди всей группы, ненамного от них отставали Тира, Алина, Айл и Эван. Лея, может, и могла бы бежать быстрее, но написанное на её лице отвращение к происходящему быстро объясняло, почему она упорно держится рядом с Эван и не особо физически крепким Майком. Верная Микки рассекала рядом с ними на роликах, и вид у неё был очень довольный. Идея с роликами принадлежала Эван, и Микки с радостью поддержала этот вариант, не желая расставаться с новыми друзьями, хотя вполне могла бы заниматься и по отдельной, облегчённой программе.

— Хорошо, — сказал Джонсон, наблюдающий за группой в полевой бинокль. — Они держатся компактной группой.

— Надолго ли? — скептически протянул Литгоу, отворачиваясь от окна, открывающегося на спортивную площадку. — Ян, группа очень неоднородна. Малурианец, скрытный до безумия; перинитка с крылатыми ящерицами, которых приказано не трогать ни под каким видом во избежание дипломатического скандала; вулканский мальчик и вулканская девочка, которые проводят наедине столько времени, что меня порой терзают ужасные сомнения насчёт подлинного возраста их полового созревания; две упрямые девчонки, готовые вцепиться друг другу в глотки — и я ещё понял бы, если бы из-за Ваньки там или Совока того же — так нет же, просто из принципа! Я уж молчу про маленькую девочку, которая до сих пор ревёт по ночам под подушкой… не знаю, Ян. Просто не знаю. В группе по-прежнему нередки скандалы, а попробуй только вмешаться — все сидят смирно, ручки на коленях, глаза сияют — ну прямо ангелы, а не дети. Как мне быть?

— Так это же здорово, Джон! — хмыкнул генерал. — То, что они дерутся и скандалят — это естественно для их возраста, а вот то, что они никогда не сдают друг друга начальству — не мне тебе объяснять, что это очень хороший задел на будущее. Ты же сам был таким, вспомни!