— П-привет, — икнула та, в последний раз проводя под носом рукой, выпачканной в земле. — Что вы здесь делаете? Это моё место.
— Так уж и твоё, — ворчливо отозвалась Лея, вытаскивая из волос колючки. — Я тоже, может, хотела бы пореветь в гордом одиночестве, только вот, понимаешь, на завтрак сегодня были жареные помидоры, а у нашей Линки такой слабый пищеварительный тракт… короче, туалет занят. Вот я и подумала, что это место мне вполне подойдёт… нет, не в качестве туалета, у Линки, конечно, хороший аппетит, но не до такой степени, чтобы его последствия засорили все три унитаза… просто я ищу такое место, где можно хорошо пореветь, и где ко мне никто не пристанет, выясняя, что у меня случилось. Как насчёт этого?
— Не годится, — Микки невесело усмехнулась. — А у Линки правда диарея?
— Не могу сказать ничего конкретного, — вздохнула Лея, — но два часа назад она довольно шустро бегала в ту сторону. Причём не один раз. Простая логика подсказывает мне, что она там не одуванчики собирает.
— Хорошо бы, — на лице у девочки появилось мечтательно-мстительное выражение. — Она такая противная…
— И что на этот раз?
Девочка вздохнула. Лея тоже. Да-а, Микки совсем не была похожа на неё или Эван в том же возрасте. Это был милый, добрый и застенчивый ребёнок, абсолютно неспособный постоять за себя в сложной ситуации, и живущий лишь в мире прочитанных книг и собственных фантазий.
— Сегодня я исправила её ответ на лекции, помните? — призналась, наконец, Микки.
— Конечно, тебя ведь Джонсон вызвал, ты и исправила. Что такого?
— Да, а она разозлилась просто ужасно и сказала мне после занятий, что я могу сколько угодно выпендриваться, только это мне всё равно не поможет — меня так и так через месяц выгонят… — девочка вновь начала угрожающе шмыгать носом. — А меня, знаете, как родители ругать будут, если я из Академии вы-ы-лечу-у-у?..
— Э, э! — Лея испуганно вытерла девочке нос, вполне обоснованно опасаясь того, что по части звуковых эффектов в том же возрасте девочка может не только составить ей достойную конкуренцию, но даже в чём-то и превзойти. — Почему это ты должна вылететь из Академии?
— Потому что через месяц будет отсев; тесты я напишу, а марш-бросок мне никак не пройти-и-и! — Микки уткнулась мокрым носом в Леино плечо, оставляя на грязном рукаве отчётливые следы своего горя.
— Глупости, — Лея неловко погладила Микки по пышным белокурым волосам и усмехнулась. — Поверь моему опыту, детка, все эти тесты — сплошная фикция. Настоящий отсев будет лишь в конце первого курса, а к тому времени ты всем нам ещё сто очков вперёд дашь. Кстати, еще неизвестно, как Шепилина сама эти тесты пройдёт, несмотря на всю свою успеваемость. Я так думаю, она сама их боится, как чёрт ладана, вот и говорит тебе всякие гадости. Что же касается физической подготовки — группа состоит не из одной только Линки Шепилиной. Что же ты думаешь, ребята тебе не помогут?
— Вы мне поможете, мисс Т'Гай Кир? — Микки с радостным визгом обняла её за шею. — Спасибо!!!
— Кто, я?.. ай… — не без усилий оторвав от себя не в меру благодарного ребёнка, Лея несколько раз судорожно глотнула воздух. — Нет уж, Микки, из меня учитель, как из сехлета — физик-теоретик. Вот Тира с Эван — другое дело, они из тебя мастера спорта сделают; исходя из собственного опыта говорю. Печального… — она подхватила маленькую хрупкую девочку на руки и посадила на бедро, придерживая левой рукой. — Э, мать, я думала тебе десять!
— Десять! — Микки перебралась ей за спину, вполне довольная своим положением.
— А весишь ты на все одиннадцать! Ладно, поехали, — Лея тяжело шагнула сквозь кусты. — И, знаешь, что?
— Что?
— Прекрати «выкать», я не такая уж старая. Зови меня просто Лея.
— Хорошо, — Микки покрепче обхватила девушку за плечи, чувствуя себя так, словно её взял под своё покровительство сам генерал Джонсон.