Конь был оседлан, и, стреноженный, ожидал в глубине парка, окружавшего замок графини. Все необходимые вещи для дальней дороги были готовы, немногочисленные улики догорали в костре неподалеку, в том числе там корчилась черная широкополая шляпа. Лопата жадно вгрызалась в рыхлую землю, легко преодолевая сопротивление мелких корней и трав, земля была мокрой и жирной, укрытой прелой листвой.
— Что ж, я думаю нам пора поговорить. Самозванец. — Буквально из тени деревьев соткалась фигура в темном плаще, с черного сюртука упала, отработав, пуговица-амулет тени.
Человек с жестким, будто выточенным из камня лицом направлял на драгуна, а, вернее, на Реймунда Стурга, два черных длинноствольных пистоля:
— Пули закляты, да и стреляю я отменно, не делай лишних движений, возможно, я не убью тебя. Не сразу, по крайней мере.
— Как мило с твоей стороны. И где я прокололся? — Поинтересовался Реймунд на диво безразличным голосом.
Вопрос был хорош, и своевременен, персона, выдающая себя за алмарского агента, поначалу казалась просто мелким авантюристом, человеком глупым и неосторожным. Некоторое время слежки и счастливая случайность, которая столкнула человека в широкополой шляпе и Штурмхарта на проезжей дороге поздней порой, позволила двинуться дальше. Самозванец оказался виртуозом перевоплощения — он намеренно проводил беседу там, где его могли подслушать. Хуже того — беседовал он сам с собой. Такое подозрение подтвердилось, когда черный человек Вульфштайн, удалившись от грязной таверны, где часто бывал, направился прямо к временному жилью драгуна де Рано, думая, что никто не видит. Лошадь он скрыл в заброшенной конюшне в лесу, а сам переоделся и в образе лейтенанта пошел завтракать. Это навело уже было решившего оставить авантюриста в покое Штурмхарта на мысль — некто, маскирующийся по две разные персоны, собирается совершить в графстве нечто очень опасное и обвинить в этом алмарского агента. Дело приобретало личный поворот. Дальнейшая слежка подтвердила первоначальные выводы — этот кто-то охотился на Алана де Мелонье, находящегося под защитой церкви. Убийство Алана, списанное на алмарского агента. Ну уж нет. Штурмхарт не собирался позволить настроить против себя орден норманитов. Они ведь решат, что это вызов! Алмарец решил дождаться финального аккорда этого концерта и не позволить ему завершиться трагедией.
— В столице есть такой драгунский офицер, только вот он погиб при облаве на «Лиса», это раз.
— Это не прокол, выяснено явно позднее главного. Чтобы начать копать, нужен повод.
— Ты не поверишь, — Человек с пистолями почти смеялся, — Но это я алмарский уполномоченный агент тут.
— Не повезло, — Крепкий кулак влупил по дереву, заставив его задрожать до кроны, — и что ты со мной будешь делать?
— Меня интересует кто и почему? А главное где готовят спецов, способных косить под две личности сразу.
— Две не предел. На тренировках бывало до шести.
— Интересно, эта откровенность от фатализма, или ты все же хочешь выжить?
— Неужели так сложно поверить?
— Ты вроде парень неглупый, понимаешь, что к чему. — Голос был холодным и злым. Штурмхарт привык всегда держать положение в своих руках, сейчас такого ощущения не создавалось. Враг был опасен даже под прицелом. Он вел себя спокойно, а не демонстрировал спокойствие.
— Понимаю. С одной стороны тебя мучит жажда узнать, что знаю я, с другой… — Реймунд замолчал.
— И что с другой? — Не выдержал алмарец.
— Ты боишься меня…
Это произошло почти одновременно — второй сильнейший удар по дереву почти переломил ствол и заставил вековой вяз валиться на агента. Тут же прозвучало два выстрела. Сверкнув во тьме двумя синими лучами пули вошли в тело Реймунда, одна в сердце, другая в основание черепа. Попытка спастись Штурмхарта ван Шпее была эффектной, но неэффективной, вяз придавил его, пронзив множеством сломавшихся при падении веток.
Минуло полчаса. Реймунд Стург, мучаясь безумной мигренью, отрыл сундучок, что был спрятан у корней старого вяза, и, открыв его, с сожалением отделил почерневший бриллиантик в виде сердечка, вплетенный в проволоку из черненого серебра, от девяти других, сияющих, растер в пальцах, превращая бывший бриллиант в кучку черного песка. Затем он убрал амулет жизни в сундучок обратно и положил в седельную сумку, отведя лошадь подальше от почившего под листвой вяза агента и пробормотал:
— Альянс-Империя один-один, — Мрачно пробормотал Стург, и, прихватив с лошади палаш, двинулся на дуэль.