Читаем Лабиринт (СИ) полностью

— Это случилось в одну из моих командировок, — голос Дракона звучал совсем глухо, выдавая его ещё не затихшую боль. — Они возвращались домой после школьного спектакля — приближалось конец учебного года, в классе Брайана дети подготовили для родителей выступление, Джу ни за что не пропустила бы его, чтобы посмотреть самой и сделать запись на память. Я очень жалею, что в тот вечер меня не было с ними… На мосту Дьявола их подрезал пьяный водитель. Джувия водила хорошо, но в этот раз не справилась с управлением. Плохая видимость, скользкая от дождя дорога… Машина врезалась в опору моста, перед этим несколько раз перевернувшись. Джу и Брайан погибли почти мгновенно, так мне потом сказал врач, а Элли оставалась жива ещё несколько часов, пока на них не наткнулся патруль, и умерла уже в больнице. Ей должно было исполниться пять через месяц. Джу была беременна нашим третьим ребёнком, но не успела мне сказать. Я уезжал из дома, полного любви и тепла, а вернулся к четырём холодным могилам — нашего пса, Юки, пришлось усыпить, потому что он кидался на всех, кто пытался войти в квартиру…

Люси до боли закусила губу, не в силах поднять на Дракона глаза — она тоже убила человека таким же способом. Пусть и невольно, что это меняло? Как он будет смотреть на неё, если узнает?

— Я бросился в полицию, чтобы узнать подробности. Но меня грубо завернули, подсунув липовый отчёт о том, что Джу якобы сама виновата в аварии. Пришлось поднимать старые связи, давать взятки, но мне всё же удалось выяснить некоторые детали: этот урод не скрылся сразу с места преступления, а ещё долго топтался у машины Джу. Если бы он позвонил в Службу Спасения, Элли сейчас была бы жива… — Дракон судорожно перевёл дыхание и торопливо мазнул по щеке ладонью. Немного помолчав, он продолжил: — Я так же узнал имя убийцы. Им оказался сын известного в городе человека. Отец прикрыл его, воспользовавшись деньгами и своим положением, так что официально я не смог ничего добиться. Поэтому начал просто следить за ним, надеясь хоть на чём-нибудь его подловить. Но мне повезло гораздо больше — он сам попал в аварию, у меня на глазах. Снова был пьян, снова дождь, почти на том самом месте, где погибла моя семья. Когда я подошёл к его машине, этот ублюдок был ещё жив, но оставалось ему недолго — от удара у него сломалось ребро и пробило лёгкое. Я не стал звонить в Службу Спасения, просто стоял рядом и ждал, пока он сдохнет, всё это время смотря ему в глаза. До сих пор помню ужас, написанный на его лице — он знал, кто я, и знал, что его я спасать не буду. Когда всё закончилось, вызвал полицию и во всём признался. Меня сразу взяли под стражу. Суд состоялся буквально через неделю — опять постарался его папаша. Уверен, и к тому, чтобы мне дали высшую меру, он тоже приложил руку. Но мне уже было всё равно. Я даже считал, что отчасти заслужил её.

— Почему? — теперь и у неё хрипел голос, ломался хрупким стеклом, резал барабанные перепонки жалобными интонациями.

— Накануне суда ко мне приходила его жена. Красивая женщина с полными скорби карими глазами. Она была беременна — месяц седьмой или восьмой. Я слышал, что Эльза — так её зовут — сильно любила мужа, и ждал обвинений, проклятий, чего-то в этом духе, а она… попросила прощения. За того мудака, что уничтожил две семьи. Только тогда я понял, что натворил: моя боль была только моей, и я не имел права делить её ещё с кем-то — лишать ни в чём неповинных людей отца и мужа, даже если он был конченным уродом. Поэтому не стал подавать апелляцию. Впрочем, она и не понадобилась — меня навестил кое-кто ещё. Странный тип в сером костюме, такой, чьё лицо забываешь через пять минут после расставания и больше не хочешь видеть никогда.

— Вестник Смерти? — вскинулась Люси — хоть что-нибудь в этом чёртовом деле обошлось без них?!

— Думаю, это имя им очень подходит, — невесело усмехнулся Дракон. — Однако мне они предложили совершенно противоположное своему прямому назначению: если я соглашусь принять участие в некой игре и доведу участника, на которого они укажут, до финиша, смертную казнь заменят на пожизненное.

— Вы с самого начала знали, кто я, — похолодела Люси. — Знали и… зачем?.. — она спрятала горящее лицо в ладонях, вспомнив их встречу в коридоре и всё, что за ней последовало.

— Я был зол на тебя, — что-то в его тоне заставило её поднять голову. Порозовевшие скулы и виноватый вид были малой платой за перенесённый ею позор, но это хотя бы значило, что Дракону стыдно за свой поступок. — Вестник не сказал, кого мне придётся вести до финиша, обозначил только, что в зале с колбами этот человек будет стоять напротив меня.

— Вот почему мне досталась Собака — чтобы выполнить это условие, — выходит, Вестникам нужна была именно она, значит, её версия о давлении на отца, к сожалению, подтвердилась.