Читаем La Vida полностью

La Vida

В этой книге Виталий Красильников рассказывает историю американского рыбака Нико Гриффенсона. Он часто был на волосок от смерти, но судьба щадила его. И вот однажды она ударила в самое дорогое. Проходят годы, и Нико все сложнее не опустить руки. Настанет миг, и ему придется выбрать: обрести надежду или умереть.

Виталий Витальевич Красильников

Современная русская и зарубежная проза18+

Предисловие.

Эта история является художественным произведением.

Все совпадения случайны. Все персонажи вымышлены.

Любите друг друга.


Глава 1.

Закатное небо, затянутое тучами, резали фантастически красивые молнии, отливающее пурпурным светом. Гроза сопровождалась сумасшедшей бурей, дождь крупными каплями врезался в палубную доску парка на берегу моря. Оно само, в результате, бушевало не хуже – волны высоко вздымались и почти доходили до прибрежных построек: складских помещений для инвентаря, спортивных площадок, пешеходных и велосипедных дорожек.

Парк на берегу моря. Он вырастал глубоко из берега и немного уходил сваями в темную кипящую пучину. Красивейшее зрелище в тихую погоду сейчас вызывало легкий трепет. Мощь природы, жаждущей разрушений множилось на величественность аттракционов. Многотонные железные конструкции, возведенные на отдельных металлических сваях, сейчас немного шатало, что довершало эпическую картину берегового шторма.

Нико Грифферсон приближался к краю пирса, открывающему вид на устрашающий природный концерт. Плотный темно-синий дождевик трепало как шаль, но Нико не было уже так важно не промокнуть. Его одежда и обувь пропитались водой, а тело продрогло еще в трех кварталах отсюда. Он целенаправленно шел, и его ничего не могло остановить.

Он шел медленной гордой походкой, капли разбивались о его немолодое, поросшее бородой лицо, лишенное каких-либо эмоций уже несколько лет. Осматривая колесо обозрения, на него накатывали воспоминания, но он продолжал идти, сохраняя хладнокровие.

И вновь переводил взгляд в бушующую пучину. Сквозной проход между палатками и аттракционами открывал вид на море, сейчас взрывающееся изнутри и жаждущее смерти. Морскому безумию вторили ветер, гроза и дождь. Картина, достойная кисти Айвазовского, музыки Баха и пера Маркеса. Море будто хотело уничтожить мир и свет, а все живое естество противилось этому. Естественное воплощение борьбы.

Нико видел в этой борьбе свой, неподвластный времени подтекст.

Он сунул руку под дождевик, нащупал карман пиджака и достал небольшой амулет на цепочке, представляющий устрицу. Нико одной рукой аккуратно раскрыл ее створки и посмотрел на фотографию. На него весело взглянула смуглая девушка.


Глава 2.

Счастливая семья Гриффенсонов. Прекрасная тридцативосьмилетняя Паула Грифферсон, дочь испанских американцев, нянчит маленьких детей: девочку Гарсию и мальчика Джона, поправляя черную, как смоль, прядку волос за ухо. Счастливый Нико обнимает сзади свою красавицу-жену, ласково глядя на маленьких детей.

Долгие попытки создать наконец-то нечто прекрасное увенчались успехом всего два года назад, впоследствии упорного труда супругов, наплевавших на диагнозы врачей. Далее тяжелые роды, но явившиеся свету близнецы даровали новые силы уже потрепанным жизнью молодым Гриффенсонам.

И вот они стоят на кухне, счастливые, их детишки прекрасны. Их жизнь наполнена смыслом и любовью.

Нико – рыбак, частенько уходящий в рейс вдоль западного побережья. Каждый раз, уходя в море, он берет небольшой амулет в виде устрицы, подаренный ему женой Паулой. Обычно его рейс никогда не бывает дольше двух суток, лишь один раз он задерживался в море трое, из-за шторма.

– Паула, mi amor1, – Нико любил говорить на языке своей жены, он казался ему романтичным и в мгновения особенной нежности считал испанский уместным, благо у него был отличный репетитор, – завтра я опять ухожу в море, а как я вернусь, мы полетим в Касерес.

– В Касерес?! Querida, vamos a los padres2! – залепетала испанская красавица.

Её родители, любящие всем сердцем Испанию, отправились в США на заработки и сейчас уехали обратно, добившись здесь неплохих успехов. Будучи еще ребенком, они пытались как можно чаще бывать в Испании, в городе, котором прожила вся их семья – Касересе. Паула любила родной язык и впитывала все от родителей, любивших дома говорить на испанском.

«Paula, debes recordar quién eres, de lo contrario nunca sabrás en quién te puedes convertir3» – говорил ей отец. Она помнила его слова и всегда шла с ними.

Сама Паула не была простой домохозяйкой. Будучи еще ребенком, она делала большие успехи в биологии, увлеклась химией, и после школы было решено, что она станет медиком. Паула была в восторге от обучения, впитывала все как губка и сейчас, во многом благодаря ее громкому имени, она работает в крупной клинике Орландо. При этом, их семья решила не жить в крупном городе, но, любя море и теплый климат, поселились соответственно – в Дейтона-бич, из которого на машине можно было быстро добраться до Орландо.

А Нико был ребенком рыбака, учился в обычной школе, знал, что всегда будет рыбаком, как папа и никогда не хотел чего-то большего. Он был простым рыбаком, не очень умным, но очень добрым. Большое сердце Нико умещало в себе всю Паулу, она растворялась в его объятиях и понимала, что никто и никогда не будет любить ее больше, чем он. Она часто вспоминала, как они познакомились.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зулейха открывает глаза
Зулейха открывает глаза

Гузель Яхина родилась и выросла в Казани, окончила факультет иностранных языков, учится на сценарном факультете Московской школы кино. Публиковалась в журналах «Нева», «Сибирские огни», «Октябрь».Роман «Зулейха открывает глаза» начинается зимой 1930 года в глухой татарской деревне. Крестьянку Зулейху вместе с сотнями других переселенцев отправляют в вагоне-теплушке по извечному каторжному маршруту в Сибирь.Дремучие крестьяне и ленинградские интеллигенты, деклассированный элемент и уголовники, мусульмане и христиане, язычники и атеисты, русские, татары, немцы, чуваши – все встретятся на берегах Ангары, ежедневно отстаивая у тайги и безжалостного государства свое право на жизнь.Всем раскулаченным и переселенным посвящается.

Гузель Шамилевна Яхина

Современная русская и зарубежная проза
Ад
Ад

Где же ангел-хранитель семьи Романовых, оберегавший их долгие годы от всяческих бед и несчастий? Все, что так тщательно выстраивалось годами, в одночасье рухнуло, как карточный домик. Ушли близкие люди, за сыном охотятся явные уголовники, и он скрывается неизвестно где, совсем чужой стала дочь. Горечь и отчаяние поселились в душах Родислава и Любы. Ложь, годами разъедавшая их семейный уклад, окончательно победила: они оказались на руинах собственной, казавшейся такой счастливой и гармоничной жизни. И никакие внешние — такие никчемные! — признаки успеха и благополучия не могут их утешить. Что они могут противопоставить жесткой и неприятной правде о самих себе? Опять какую-нибудь утешающую ложь? Но они больше не хотят и не могут прятаться от самих себя, продолжать своими руками превращать жизнь в настоящий ад. И все же вопреки всем внешним обстоятельствам они всегда любили друг друга, и неужели это не поможет им преодолеть любые, даже самые трагические испытания?

Александра Маринина

Современная русская и зарубежная проза