Последующие два месяца были заполнены муштрой. По-другому я не могу назвать тренинги, которые проводились со мной и с Татьяной. Мы изучали всё. Работа над дикцией, тренировка голоса, отработка походки, манер, танцевали бальные танцы. Спокойное сидение в «кадре» телевизора, работа под видеокамеру, проведение пресс-конференций, заучивание шаблонов вопросов и ответов на них. Нам читали лекции по проблемам внутренней, внешней и оборонной политики государства, военно-технического сотрудничества, недостатках в системе управления и хозяйствования. И еще много чего. Я стал знать многое такое, о чем почти не имел понятия. Хотите пример? Вы расскажете, как нужно есть морепродукты? Вряд ли, а вот я могу вам рассказать.

Раки варятся в соленой воде пятнадцать минут и подаются на стол в миске с горячей водой. Каждый сидящий за столом при помощи половника или руками кладет на свою тарелку необходимое количество раков. Как правило, берут по одному раку. Небольшим специальным ножом раскалывают панцирь рака. В середине лезвия такого ножа имеется отверстие, куда вставляется клешня рака или лапки, которые затем надламываются. Клешни и лапки руками подносят ко рту и выедают из них мясо. После этого левой рукой берут переднюю часть туловища рака, а правой — заднюю и, вращая, отделяют их друг от друга. Ножом панцирь отделяется от задней части туловища. Шейку рака подносят ко рту руками. Ножом извлекают белое мясо из остальной части рака; берут его тоже руками. Мягкую часть рака, имеющую зеленоватый оттенок, не едят. Пальцы споласкивают в специальной чашке.

Бульон из раков пьют из чашек.

Так же едят лангустов и омаров, только здесь используется специальная вилка для омаров. На одном конце ее есть крючок для извлечения мяса из раковины, на другом — ложка для вычерпывания сока. Если омар подан на блюде, то руками отламывают от него части и кладут себе на тарелку. Лапы омара разламывают руками. Мясо извлекают вилкой или просто зубами. Крепкие клешни омара (у лангустов клешней нет) раскалывают с помощью щипцов и едят вилкой. Пустые раковины складывают на блюдо, если оно уже свободно, или на специальную тарелку. Майонез или взбитое масло, которые подаются к омару, кладут на свою тарелку и вилкой обмакивают в них кусочки омара. Зеленоватые части омара тоже не едят.

Крабы подаются к столу в разделанном виде. Едят их с майонезом при помощи двузубой вилки или рыбного прибора. Обычно ножом и вилкой не пользуются.

Креветок берут левой рукой за голову, а правой выворачивают хвостовой плавник, из которого затем вилкой выбирают мясо.

Вот так. Возможно, что это когда-то пригодится и вам. Я пробовал это все и ответственно заявляю, что это вкусно. Если я стану президентом, то позабочусь о том, чтобы эти блюда стали обычными для нашего населения, а не являлись только усладой для олигархов.

Глава 80

Через два месяца приехала инициативная группа по созданию партии КС.

— Зовите меня Серый, — представился координатор. — Здесь все учредительные документы. Для создания общественной организации достаточно три подписи. Регистрации никакой не надо. Подписали и уже политики. Точно так же подписываем протокол о создании отделений во всех регионах и назначаем председателей отделений, которые точно так же тройками создают свои отделения. А потом мы всех собираем на съезд и объявляем о создании политической партии. Вот здесь все документы, приготовленные в Министерство юстиции для регистрации новой политической партии. Съезд будет проведен через три дня. Со столицей связываться не будем. Все равно ваш город и раньше был столицей Богославии, и мы ни на йоту не отошли от правила, что все революции совершаются в столицах.

— При чем здесь революция? — не понял я.

— Как при чем? — удивился Серый. — Наша партия будет проводить революцию, мирную и инновационную. Пока не знаю как, но партия будет просветлять людей и показывать им, как нужно жить по божеским законам, а не стоять на коленях рабами своих страстей и злобы. Я уже даже сейчас верю во все, что вы будете говорить и верю в то, что я писал в докладе на съезде. Мы прогоним столичных спичрайтеров и будем говорить только правду и ничего кроме правды.

— А не думаешь, что правда острее ножа будет? — спросил я. — Правда некстати и убить может.

— А пускай убивает, — весело сказал Серый, — раз правда глаза колет, значит, человек нехороший. Вот лучше бы, если на каждом человеке отметина была, чтобы можно было разделять на хороших и плохих. Хороших — направо, плохих — налево.

— А ты не боишься попасть налево? — спросил я.

— Я налево не попаду, — серьезно сказал Серый, — я всегда на стороне тех, кто распределяет людей по сторонам.

— А вдруг ошибешься с выбором, и тебя отправят в противоположную сторону? — продолжал выяснять я.

— Я никогда не ошибаюсь, у меня нюх волчий, — сказал Серый и засмеялся. Что-то в его улыбке было волчьим.