Фотограф с огромным фотоаппаратом и белыми зонтиками в качестве отражателей установил освещение, и меня сфотографировали вместе с Татьяной.

— Алексей Алексеевич, — сказал старший группы, — я заранее прошу прощения за то, как я буду разговаривать с вами, но поймите, я сейчас режиссер, а вы актер, которому нужно выступить на премьере так, чтобы публика была поражена и сразу приняла вас как своего, как народного артиста. Поэтому, на период нашей с вами работы вы должны подчиняться мне в режиссерском плане. А возможно, что нам придется работать вместе еще долгие годы.

Я кивнул головой в знак согласия.

Глава 78

— Ну, что же, — как-то зловеще сказал имиджмейкер, глядя на распечатанные на принтере фотографии, — сейчас сами посмотрите, кто вы есть на самом деле. Комбайнер с дояркой выехали в город после получения премии за хорошие надои и за сбор двадцати центнеров с гектара.

— Как вы со мной разговариваете? — снова возмутился я.

— Алексей Алексеевич, — укоризненно сказал имиджмейкер, — мы же с вами договорились, что вы будете спокойно реагировать на все замечания. И запомните, если я даже чуток и перехлестну, то это для блага вашего, чтобы вы отчетливо осознавали, что нужно сделать для выполнения нашей задачи. Если палку не перегнуть, то ее не сломать. Так говорили древние китайцы. И наша работа трудна и сложна.

Вот возьмите, к примеру, губернатора Энской области. Когда он попал к нам в руки, был скотина скотиной, это я так мягко говорю. Мы вылепили из него государственного человека с мягкими манерами и умным взглядом. Научили его четко, с расстановкой и с выражением читать по бумажке. И он уже в пятый раз назначается губернатором, награжден всеми мыслимыми и немыслимыми орденами. Даже женщины плачут, когда он обращается к ним с приветственным словом. Его криминальное прошлое забыли совсем, никто в это и не верит, считая это происками конкурентов. А сколько у него было гонору, что он и так красивый и умный? Потом он признал нас и стал так картинно подносить руку к своему подбородку, изображая задумчивость, что и я начал сомневаться в том, что печать ума у него все-таки была, просто была сильно скрытой на его лице.

Или возьмите товарища, который сейчас вещает со всех экранов и является директором американского института по проблемам Богославии. Морда здоровая, квадратная, рыжие волосики кудряшками как на баране. На вид дровосек или пастух. А мы эти волосы отрастили, они распрямились и стали завиваться только на кончиках. Научили его складно говорить и заставили получить дополнительное образование. Вот его американцы к себе с потрохами и забрали, потому что он им самые приятные вещи вещает. А с вами труднее. Вы человек интеллигентный, обтесанный, вам только шлифовка нужна, а вот это уже высший класс. И секретарь ваш к вам неровно дышит. Вы уж сами решите, кого из нее будем делать, подругу или секретаря?

— Делайте подругу, — сказал я.

— Вот и правильно, Алексей Алексеевич, — согласился мой мучитель, — все равно никто не поверит, что она ваш секретарь, а внебрачные отношения всеми воспринимаются не так уж хорошо даже теми, кто исповедует свободные взгляды по вопросам семьи и брака.

О своем решении я сообщил Татьяне. Она покраснела и сказала:

— Я не буду играть эту роль. Хотите, ищите себе другого секретаря или человека на роль подруги.

— Почему ты думаешь, что нужно играть роль подруги? — спросил я. — Артист всегда прокалывается, а я действительно хочу, чтобы ты была моей подругой.

— Спасибо, — с сарказмом сказала Татьяна, — мне официально предложили роль любовницы. До свидания, Алексей Алексеевич.

— Не кипятись, — остановил я ее. — Люди должны лучше узнать друг друга, чтобы скрепить свои отношения на долгие годы. А вдруг я тебе не понравлюсь, и мы сможем разойтись как в море пароходы, не делая никаких записей в судовых журналах.

— Если я соглашусь на это, — твердо сказала девушка, — то только при условии последующего замужества, а уж потом я никому вас не отдам и не позволю уйти от себя.

— Не слишком ли ты агрессивна в семейных отношениях? — спросил я.

— А иначе никак нельзя, — улыбнулась Татьяна, — даже шалаш должен быть неприступной крепостью, а все потенциальные террористки должны быть на строгом учете, а еще лучше — держаться от моего дома на почтительном расстоянии, потому что я не побоюсь выпустить когти в случае опасности.

— А если, допустим, я захочу уйти? — улыбнулся я.

— Уходи, держать не буду, — отрезала Татьяна, — от хороших женщин не уходят.

Глава 79

Похоже, что проблему семьи и брака я решил полностью и окончательно. Дома будет человек, который исповедует принцип: шаг влево, шаг вправо — попытка к бегству, но ведь и в этом тоже есть своя прелесть семейной жизни. Для любителя, хотя я сам пока не знаю, любителем чего я являюсь. Поживем, увидим. Хотя Татьяну еще придется завоевывать. Непристойное предложение, которое я сделал, это только заявление о намерениях, а не фиксация свершившегося факта. При всей свободе нынешних нравов я все-таки остаюсь сторонником традиционных отношений между мужчиной и женщиной.