Если выполнять все так, как сказано, то приказания будут еще жестче и еще более невыполнимые. Как у Иванушки-дурачка, которому царь давал распоряжения типа иди туда, не знаю куда и принести то, не знаю что. Как только Иванушка выполнял одно, как следовало более сложное задание. Или та старуха, которой принесли новое корыто, но ей этого было мало, и она захотела сама стать владычицей морской и чтобы Золотая рыбка была у нее на посылках. Если бы не было таких чиновников, тормозящих начальническую дурь, то Богославия давно бы провалилась в тартарары.

За первым рядом был второй ряд. Чиновники и общественники рангом пониже и зарплаты у которых пожиже, но они как естественный резерв для заполнения освободившихся ниш, когда не остается родственников или родственников этих родственников для назначений.

— Уважаемые дамы и господа, — сказал я, и зал в едином порыве встал и снова начал аплодировать. Я стоял в растерянности и не знал, что им говорить. Скажи что-то не так и вся эта толпа набросится на меня и меня не сможет спасти никакой ОМОН и ОМСДОН.

— Уважаемые дамы и господа, — снова сказал я и получил новую порцию аплодисментов. Я пытался продолжить свою речь, но люди начали впадать в экстаз и не были способны воспринимать что-то осмысленное. В таких случаях нужно использовать короткие лозунги или военные команды, произносимые ласково, как колыбельную для ребенка. Ему же не говорят — Спать! — а ему поют: «Спят усталые игрушки, книжки спят…». И ребенок засыпает. Взрослые люди — это такие же дети, только великовозрастные.

Как говорил наш замкомвзвода на военных сборах, — Если пьянку нельзя предотвратить, то ее нужно возглавить, — так и я, воздев руки к потолку, крикнул:

— Да здравствует наша партия, вдохновитель и организатор всех наших побед!

Похоже, что я довел массу до верхней точки экстаза. Сейчас нужно потихонечку снижать накал и приступать к делу.

— А теперь подняли руки вверх и потянулись, — голосом известного психиатра сказал я. Люди подняли руки и стали вытягиваться так, как это могут квазимоды в соответствии со степенью их скрюченности. — А сейчас так же тихо опустим руки и сядем в свои кресла. Еще раз встали, потянулись и сели в кресла. А сейчас внимательно слушайте и считайте вместе за мной. При счете «пять» вы все почувствуете облегчение и легкость в суставах. Раз, два, три, четыре, пять. — Слово «пять» я выкрикнул, и сразу вся собравшаяся масса как-то обмякла и стала массой людей, одновременно принявшей лекарство типа валерьяновых капель.

Я уже спокойно рассказал о том, что принял решение избираться в президенты и приехал к ним, чтобы заручиться поддержкой на выборах.

— Мы можем вылечиться только вместе, — внушал я собранию, — и главный метод — изгнать из себя злобу и стремление сделать гадость людям. Когда я буду президентом, я буду лечить таких людей административными мерами и ставить вместо них тех, кто полностью излечился и перешел из стадии квазимоды в стадию совершенства. Это вы, сидящие здесь, хозяева нашей страны и будущие руководители государства.

Решения были приняты быстро и люди расходились с собрания с чувством огромного удовлетворения.

Глава 95

Я выходил из зала как бы вместе со всеми, только вокруг меня была пустота, созданная охраной. И вдруг дорогу мне преградили носилки, на которых лежала пожилая женщина с перекошенным лицом и скрюченным телом.

— Сыночек, помоги мне, — она тянула ко мне руки и все телеоператоры взяли ее лицо крупным планом. Затем объективы уперлись в меня и стали ждать моей реакции.

— А вы знаете, от чего вы заболели? — спросил я ее участливо. — Что вы сделали такого плохого, что вас так скрючило?

Женщина недоуменно посмотрела на меня так, как будто я сморозил огромнейшую глупость, потом задумалась, а затем заплакала.

— Если вы не облегчите свою душу чистосердечным признанием, не покажете, что знаете свое заболевание и готовы выбросить из своей души вирусы злобы и зависти, то излечения не будет, — сказал я.

Женщина еще немного подумала, а потом вдруг заголосила как на похоронах:

— Ой, да виноватая я по жизни своей. Все без счастья жила. Мужик мой пил да по бабам гулял, а я с детьми возилась, света белого не видела, и ласки никакой не было. А сейчас вот зять и невестка жизни мне дают.

— Что же они такого вам сделали? — спросил я женщину, которая одновременно является и тещей, и свекровью. Надо же как ее перекорежило.

— Зять все деньги прижимает, не дает дочке погулять, а невестка все гуляет и не дает сыну денег накопить, — заголосила женщина.

— Их так же перекорежило? — спросил я, имея в виду зятя и невестку.

— А что с ними сделается, здоровы как заговоренные, — со злобой произнесла женщина.