И первые строки стихотворения, где говорится о пустом скучном празднике, когда окошко темнотой тушили тучи, - сменяется радостным-праздничным настроением оконченной грозовой работы и просвета.

Красной нитью в произведениях рабочих проходит это Торжество труда... Оно всюду, где есть жизнь, борьба, страдание и радость...

На фоне тоскующей природы, где "осень в шорохах и звонах тоскливо бродит по селу", где "туман мохнатый" рябин зализывает раны и умирающих берез, где вечер "горько екорбил коленопреклоненный сад" и много "неизбывной скорби в соломенных морщинах хат", все же

Вот за работой кровельщик у Казина: отговаривается от стука молотка по железу гром и в воздухе и в каждом доме, весенняя струя подхватывает железные стружки... Весна...

Весна, солнце, утро, вечер, - все то, о чем с Пушкина говорили одним и тем же языком поэзии, смотрели одними и теми же глазами "любителя природы", - у поэта-рабочего возбуждает новое настроение, новые образы:

Каменьщику, устало бредущему под утро домой на Пресню, вспоминающему, как он с ношей красной лез "до синей крыши небес", кажется, что и

Октябрьская революция, ее торжество отразилось в стихах каждого рабочего-поэта. Здесь вновь новое настроение, новый ритм, новые образы. Здесь нет тех "героинь и героев" В. Фигнер, Морозова и других поэтов революционеров от интеллигенции, на личности строящих революцию, видящих в революции только и лишь интеллигента в героической позе с красным флагом над баррикадою, призывающего за собою массу.

В произведении рабочих-поэтов о революции - сама масса создает революцию, масса страдает, масса борется "мы", коллектив.