Читаем Кузница №2 полностью

Нет, мы, рабочие, не такими глазами смотрим на город. У поэта-пролетария, сознавшего силу и значение труда, не должно быть рабского безволия, рабской покорности городу, созданию рук своих.

"Только в городе возможныИ движенье и борьба.А равнины безнадежны -Такова равнин судьба...Дальше, дальше от равнин.В царство фабрик и машин.В город шумный и суровый,Где зачатки жизни новой"!..

Так сказал еще в 1914 году пролетарский поэт, питерский рабочий, И. Логинов.

Город - огненная купель Нового Мира, светоч науки, искусства: в нем сцепление сил, в нем рождение Великого Коллектива... "Это - гигантская кузница, где выковывается новая радостная жизнь, это - могучая симфония труда, железа и стали!.." (Кириллов).

В прошлом живет поэзия Нефедова, а прошлому в настоящем места нет.

Есть в сборнике и революционные стихи. Вот конец стих. "Сердца рабочих" Р. Меч:

..."Пред нами целый мир лежит.Теперь он нам принадлежит,Рабочим всей вселенной.Мы грозной силою стоимИ не теперь разоружимМы лагерь свой военный.Могуч теперь рабочий стан.Нужна свобода нам всех странИ солнце просвещенья.В одно биенье слив сердца,Вперед к победе до концаВойдем без отступленья"...

Мы уже забыли объявления в стихах "дяди Михея" о папиросах Дюшесс, а Р. Меч своим "произведением" напоминает нам.

Есть и лирика в сборнике: М. Толстая, стихотворение "Одуванчик".

"Среди некошенной травы,Среди цветов душистых мая,Рос одуванчик без забот,Головкой нежною качая"...

Какое странное совпадение фамилии и стихотворения: еще со школьной скамьи помнится милое Ал. Толстого "Колокольчики мои"...

Перепевами Никитина, Надсона, макулатурой слова являются стихи И. Голикова, А. Суслова, С. Ганьшина и Сеничева.

Ни яркого образа, ни радующей аллитерации, ни искреннего настроения, - вымученные слова, избитые рифмы, в большинстве глагольные (разливается-улыбается), растянутость и частое невладение размером стиха.

В отделе прозы, за исключением бойко написанного рассказа И. Юрцева "Кляуза", рисующего страницу современной жизни, - остальное "ходячие затертые пятаки".

Украшением сборника - случайно попавшие два-три стихотворения выявивших себя пролетарских поэтов да образное стихотворение умершего поэта С. Кошкарова.

Многим участникам сборника надо пожелать не печатного станка, а долгой усиленной работы над самим собою, над своим мировоззрением. Надо не "пописывать", надо отдаться до конца творческой работе, быть аскетом искусства. Вечно гореть в огне творчества, непреклонной ищущей думой выискивая в многогранной трудовой жизни новые слова, новые образы.

Отметая в сторону все ненужное, дряхлое, весь щебень-мусор старых истин и понятий, - стройте Великую Кузницу-Мастерскую, где ярко должен гореть горн Коллективных Усилий, не стихать дружная ковка остро-пламенных Слов!..

Перейти на страницу:

Все книги серии Журнал Кузница

Похожие книги

Плывун
Плывун

Роман «Плывун» стал последним законченным произведением Александра Житинского. В этой книге оказалась с абсолютной точностью предсказана вся русская общественная, политическая и культурная ситуация ближайших лет, вплоть до религиозной розни. «Плывун» — лирическая проза удивительной силы, грустная, точная, в лучших традициях петербургской притчевой фантастики.В издание включены также стихи Александра Житинского, которые он писал в молодости, потом — изредка — на протяжении всей жизни, но печатать отказывался, потому что поэтом себя не считал. Между тем многие критики замечали, что именно в стихах он по-настоящему раскрылся, рассказав, может быть, самое главное о мечтах, отчаянии и мучительном перерождении шестидесятников. Стихи Житинского — его тайный дневник, не имеющий себе равных по исповедальности и трезвости.

Александр Николаевич Житинский

Поэзия / Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Социально-философская фантастика / Стихи и поэзия