Читаем Кутузов полностью

Согласно «Наказу» императрицы Большая комиссия под руководством князя А. А. Вяземского должна была составить проект Уложения и представить его затем ей на утверждение. В состав комиссии входили родственники М. И. Кутузова по линии Ивана Логиновича Голенищева-Кутузова, женатого на Авдотье Ильиничне Бибиковой: ее братья Александр Ильич и Василий Ильич, причем первый из них, генерал-поручик, пользовался особой доверенностью Екатерины II и был назначен ею верховным маршалом комиссии. Для разработки отдельных проектов создавались депутатские комиссии, называвшиеся «частными». Каждая комиссия состояла из пяти депутатов: М. И. Кутузов был включен в секретариат Юстиц-кой комиссии. Он должен был составлять реестры депутатских наказов, выписки и сводки из существующего законодательства, связно излагать формулировки статей проектов, вести протоколы заседаний, которые затем сводились в одну дневную записку, и ее «екстракт» ежедневно направлялся на прочтение императрице. В архивных делах сохранились составленные им записки с 11 октября по 13 ноября. Жесткие прения между депутатами разгорелись по вопросам дворянских привилегий: дворяне-аристократы требовали их расширений, а представители военного сословия и купцы настаивали на ограничении прав потомственных дворян. «Обнаружился антагонизм между двумя важнейшими группами дворянства: настоящая аристократия, т. е. Рюриковичи по происхождению, богачи по состоянию, потомки столпов государства, не хотели пользоваться одинаковыми правами с дворянами нового происхождения, т. е. с людьми, вступившими в дворянское сословие не иначе как путем постановления „Табели о рангах“»²². Наибольшее впечатление произвела на всех членов Большой комиссии речь князя M. M. Щербатова, который, оставаясь верным себе, предложил назначать дворян не только на офицерские, но и на унтер-офицерские должности. Однако депутат от крестьян, однодворец Воронежской губернии Ефим Фефилов, резонно возразил на эту пафосную речь: «Во-первых, такого ограничения никогда не было и что такое нововведение было бы „несообразно с самым естественным законом“, а во-вторых, что одних дворян не хватит для занятия во всей империи не только всех унтер-офицерских чинов, но даже не хватит его для занятия всех обер-офицерских чинов». Вопрос о дворянстве был впоследствии решен императрицей в духе предложений Фефилова. Во время прений о правах благородного сословия, которые вряд ли оставили равнодушным М. И. Кутузова, основными оппонентами были дворяне и офицеры; во время споров о правах купеческого сословия «выступили на сцену в качестве главных ораторов купцы и крестьяне». Безусловно, обсуждался депутатами животрепещущий вопрос о крепостном праве. И неслучайно: среди крестьян ходили упорные толки о том, что указ Петра III о дворянской вольности предшествовал указу о крестьянской вольности. Все, кто собрались в Москве с целью дать стране новые и справедливые законы, не предполагали, что страна находится накануне страшного социального взрыва — крестьянской войны под предводительством Емельяна Пугачева. Пока же депутаты в мирной обстановке обсуждали возможности «улучшения быта крестьян» в границах крепостной зависимости. «Мы люди, и подвластные нам крестьяне суть подобные нам, — обратился к депутатам князь M. M. Щербатов. — Разность случаев возвела нас на степень властителей над ними; однако мы не должны забывать, что и они суть равное нам создание. <…> И я, конечно, не сомневаюсь, что почтенная Комиссия узаконит запрещение продавать людей поодиночке без земли». Конечно же Кутузова интересовал вопрос о привилегиях окраин, тех самых мест, где он предпочитал нести службу. Подчас наказы, привезенные депутатами, носили курьезный характер: «так, например, в одном наказе первым пунктом поставлено, что „дворянство, имея штаб и обер-офи-церские чины, приехав в город, за неимением при себе домовой водки и вина, принуждены бывают с питейных домов покупать водку и вино, многим с противными и с непристойными специями и запахом; посему дворянство по характерам их видеть принуждены себе в том недостаток, посему о дозволении о скидке вина каждому помещику по достатку доложить комиссии“»²³.