Читаем Кубинский зал полностью

Герзон достал из кейса несколько экземпляров контракта и нацепил на нос неправдоподобно большие очки в черепаховой оправе. Казалось, он принадлежит к тем людям, которые знакомы буквально со всеми и способны припомнить любые подробности чужих жизней, тогда как их самих практически никто не знает, кроме разве бывшей жены или тех, кто подавал на них в суд обоснованные иски.

— Что-нибудь не так? — спросил Герзон, обеспокоенный моим пристальным взглядом.

— Вы специализируетесь на недвижимости?

— О нет, нет. Нет, — ответил Герзон. — Я занимаюсь самыми разными делами. — И он улыбнулся с таким расчетом, чтобы мне стало ясно, что сделка, которую мы сейчас рассматриваем, для него сущий пустяк и что его ждут другие, куда более крупные дела: переводы из иностранных банков астрономических сумм, десятки важных телефонных звонков, первичные предложения ценных бумаг, словом — водопад денег и славы.

Баррет раздал копии титульного сертификата на участок земли на побережье океана. Герзон принялся изучать его с показным вниманием, но меня было трудно провести. Я сотни раз видел, как юристы читают важные документы, и если они действительно читают, то какими бы неотложными ни были обстоятельства, они буквально замирают, словно все их душевные силы оказываются в этим минуты сосредоточены на том, что они читают. Но Герзон не читал. Он даже моргал не как люди, которые что-то читают. Он притворялся, и это означало, что он уверен — сделка состоится.

— У вас есть визитная карточка? — спросил я. Он поднял взгляд и посмотрел на меня.

— Да, конечно. — Он извлек визитку из золотого футлярчика и протянул мне. — А у вас?

— К сожалению, никак не соберусь заказать новый комплект, — ответил я.

— Ага… — многозначительно проговорил Герзон и больше вопросов задавать не стал.

Я повертел в руке его карточку. На ней были напечатаны сразу два адреса, оба весьма красноречивые. На Нижней Пятой авеню находилось много старых домов, верхние этажи которых были поделены на крошечные офисы. В офисах процветал разного рода маргинальный бизнес. Человеку приезжему подобный адрес мог показаться престижным, но коренные жители Нью-Йорка прекрасно знали, что это не так.

Второй адрес принадлежал одному из бесчисленных офисных комплексов на Лонг-Айленде. В свое время мне приходилось бывать в тех местах. Офисы там неудобные; как правило, они обставлены взятой напрокат мебелью и от стены до стены застелены синтетическими паласами, а охраняют их молодые, хорошо оплачиваемые и злющие как доберманы секретарши. Тамошние адвокаты — молодые местные парни, многие из которых имеют и другую, постоянную работу в городе, предпочитают дела, так или иначе связанные с недвижимостью, с ее продажей или дарением, так как эта работа относительно проста и к тому же гарантирует довольно приличное вознаграждение. Дел о выселении, рассмотрения жалоб на жильцов, оказания бесплатных юридических услуг, защиты конституционных прав иммигрантов и нацменьшинств, исков о компенсации за поломку рук или ног (например, в результате падения на не убранном по вине местных властей тротуаре) и прочих мелких дел эти парни всячески избегают. В том тесном мирке риелторы знают адвокатов, адвокаты знают экспертов по титульной работе, которые, в свою очередь, знакомы с банкирами, а те водят дружбу с крупными подрядчиками, поддерживающими тесные, почти любовные связи как с назначаемыми должностными лицами в окружном департаменте водных ресурсов, так и с выборными членами органов городского управления, от которых зависят, соответственно, размеры водоохранных зон и количество предоставляемых местным законодательством льгот и исключений. Короче говоря, второй адрес на карточке Герзона сразу заставил меня представить хорошо организованное и отнюдь не бедное загородное сообщество, которое так и не сумело продвинуться по пути цивилизации дальше мастерских по обслуживанию шикарных авто, кабинетов по безболезненному удалению предстательной железы и контор по срочной замене дерна на газонах. Скорее всего, Герзон там не только работал, но и жил.

— Итак, джентльмены, — сказал я, машинально вернувшись к интонации, к которой не прибегал уже несколько лет, — нам предстоит обсудить сделку купли-продажи недвижимости на сумму три миллиона долларов. Расчет между продавцом и покупателем будет осуществляться путем взаимозачета стоимости двух объектов недвижимости плюс дополнительные выплаты в размере четырехсот тысяч долларов наличными, которые получит мистер Рейни. Я полагаю, исходя из вышесказанного, мы можем назвать мистера Герзона покупателем, а мистера Рейни — продавцом.

— Согласен, — сказал Герзон.

— Кто будет оплачивать регистрационную пошлину, налоговый сбор, дополнительные налоговые сборы округов Саффолк и Кингз, титульный поиск, задолженности по налогам на оба объекта недвижимости и другие возможные издержки, о которых мне пока ничего не известно?

— Мы, — сказал Герзон. Я наклонился к Джею:

— Вы обговаривали это?

— Это вытекает из цены.

— Значит, обсуждать больше нечего? — спросил я у Герзона.