Читаем Куба. Страницы истории полностью

Революционер и патриот Хулио Антонио Мелья родился 25 марта 1903 г. В 1920 г. он поступил на правовой факультет Гаванского университета и с тех пор встал на путь борьбы за независимую и демократическую Кубу. Формированию его мировоззрения заметно содействовало знакомство с трудами классиков марксизма-ленинизма. Оно позволило ему дать правильную, классовую, оценку многим явлениям кубинской действительности, в том числе студенческому движению, в котором Хулио Антонио играл одну из видных ролей. «Все происходившее в университете отражало положение в стране», — заметил он однажды^{101}. Мельн возглавил группу «Обновление», ставшую ядром революционного движения кубинских студентов. Группа изучала марксистскую теорию. На страницах ее органа, журнала «Хувентуд», появлялись статьи об исторической миссии пролетариата, о научных принципах марксистского учения, о задачах не только студенческого, но и рабочего движения.

После того как в январе 1923 г. группа революционно настроенных студентов во главе с Мельей захватила здание университета и удерживала его в течение двух дней (вызвав сочувствие широких слоев населения столицы), правительство Сайяса вынуждено было удовлетворить требования студентов об официальном признании Федерации университетских студентов, изменении учебного плана, о предоставлении студентам права избрания ректора.

В октябре того же года по инициативе Мельи состоялся I Национальный конгресс студентов, на котором присутствовали представители от 23 учебных заведений. На конгрессе группа «Обновление» дала решительный бой своим политическим противникам, и конгресс принял все основные решения в демократическом, революционном и антиимпериалистическом духе. В частности, конгресс высказался против существующей на Кубе экономической системы, решительно осудил империализм, в том числе вмешательство империализма США во внутренние дела Кубы, выступил в защиту справедливой борьбы народов за свое освобождение и независимость^{102}.

Студенты послали братский привет Федерации рабочих Гаваны. Особое политическое звучание приобрели протест конгресса против «несправедливой изоляции, которой мировые державы подвергли новую Россию», и требование о признании первой социалистической республики в мире^{103}. Было также послано приветствие народному комиссару просвещения РСФСР А. В. Луначарскому.

Более тесные контакты с рабочими, о которых много говорилось на конгрессе, студенты установили благодаря открытию Народного университета им. Хосе Марти, где занималось около 500 рабочих, Это учебное заведение сыграло большую роль в деле марксистско-ленинского просвещения рабочих и повышения их общей культуры.

Оценив по достоинству ту опасность, какую представляла для буржуазного государства подобная деятельность прогрессивных преподавателей и студентов, власти запретили проведение занятий в стенах университета. Тогда рабочие предложили проводить их в помещениях профсоюзов, что, естественно, создавало еще более благоприятные условия для постоянных контактов студентов и рабочих.

В эти годы намечается сближение Хулио Антонио Мельн с пролетариатом, его лидерами. В одной из статей в журнале «Хувентуд» он писал в 1924 г.: «Дело пролетариата — дело всей нации. В настоящее время это единственная сила, способная бороться за свободу и победить. Когда он поднимается в гневе, словно новый Спартак, он поднимается на борьбу за интересы всего народа. Он стремится покончить с иностранным капиталом — врагом нашей страны. Он стремится к тому, чтобы народ управлял страной. Социализм для Кубы в настоящее время стал актуальным… Пролетарии — это новые освободители. Наш долг — долг интеллигенции — влиться в их ряды»^{104}.

Объединенными усилиями рабочим и студентам удалось сорвать пребывание в гаванском порту итальянского парохода «Италия», направленного правительством Муссолини с пропагандистской выставкой о фашистском режиме в ряд стран Латинской Америки.

Одной из ярких черт личности Мельи был интернационализм. Это проявилось прежде всего в его отношении к молодой Советской республике. Некоторые из товарищей Мельи по университету не одобряли его увлеченности русской революцией, говорили о неприемлемости для Кубы «русского пути», выступали против развертывания в стране классовой борьбы. Но Хулио Антонио именно в активизации классовой борьбы видел для кубинских трудящихся единственный путь к достижению социального освобождения.

Когда учредительный съезд кубинских коммунистов принял решение послать на советский пароход «Вацлав Воровский», который первым из советских пароходов подошел к кубинским берегам, приветственное письмо, то передать его поручили Мелье, — он был прекрасным спортсменом. Хулио Антонио вплавь преодолел большое расстояние от берега до того места, где на рейде стояло судно.