Читаем Кто-то пришел полностью

–Проваливай! – тяжело дыша, озлобился я. Девочка издевательски ухмыльнулась, а потом из нее вновь посыпались слова на незнакомом мне языке. У меня кольнуло в груди. “Вот дрянь", – еле слышно произнес я и поспешил ко входной двери. Я надел ботинки, схватил куртку с вешалки, вышел в подъезд и запер злобного ребенка в квартире. Когда я оказался на улице, то почувствовал небывалое облегчение. Намеченного маршрута у меня не было, я просто шел, не задумываясь, где в итоге окажусь. Чем дальше я был от своего дома, тем становился сильнее. Появилась надежда спастись бегством.

Через знакомых я нашел пустующую квартиру. За символическую плату мне разрешили занять ее на несколько дней. Этим же вечером, не возвращаясь домой, я заселился. Поначалу мне показалось, что мой план удался. Весь вечер я находился в прекрасном расположении духа, но ближе к ночи в голове начал звучать голос девочки. Слова возникали во мне и травили, пропадали на недолгий срок и появлялись вновь, они сводили меня с ума. Ближе к полуночи я погрузился в беспокойный сон, который прервался к утру, когда я вдруг услышал металлический скрежет. В замке входной двери повернулся ключ. Я подумал, что вернулись хозяева квартиры, но я ошибся. Это была она. Как ни в чем не, бывало, девочка зашла в комнату, где я расположился, и уставилась на меня. Я сидел на диване и не шевелился. Она начала шептать. Я понял к чему все идет и решил сбежать. Когда я оказался около маленького монстра, девочка схватила меня за руку:

–Не нужно от меня бегать, я все равно тебя найду. Твое место – наше место, -я стал вырываться, но она продолжила, – мой тебе совет, проведи остаток своего пребывания здесь без лишних волнений, заверши начатые дела и смирись, твоя жизнь кончена, – после чего отпустила меня.

Не вымолвив ни слова, я покинул квартиру. Я долго гулял, размышлял, искал выход. "Мне нужна чтица, – возникло во мне, – она спасет меня. Но как ее найти?" И вдруг я вспомнил о блокноте. В нем был «адрес» ее мира. Моя последняя надежда пылилась на книжной полке. Оказавшись дома, я застал злую девочку, в зале на ковре, играющей в куклы. Она озвучивала игрушки словами на непонятном языке. Вот так вот весело она меня убивала. Я прошел мимо и остановился возле шкафа. Ежедневник лежал на прежнем месте. Меня охватило радостное волнение, по телу пробежала дрожь. Спрятав блокнот под рубашку, я выбежал из зала и закрылся в спальне. “Может быть я записывал какие-то слова чтобы вызвать чтицу?” – разговорился я сам с собой. “По-моему что-то такое было, да, точно!” – подбадривал я себя.

Я открыл блокнот, пролистал его до страниц, на которых записывал разговор с ночной гостьей и в ужасе замер. Все что я написал, было непонятным, непохожим даже на какой-либо язык. Каракули. Бессмысленные и никчемные. Никакой системы, как будто я просто бесцельно водил ручкой по бумаге. Но я мог поклясться, раньше здесь были великие знания. Неужели все это мне лишь казалось? В отчаянии я бросил ежедневник на пол и присел на стул. За дверью тараторила девочка, под ногами умирала надежда, а во мне наступило полное понимание неизбежной гибели.

Поняв, что сопротивляться бесполезно я принял все как данность и смирился с участью. Было тяжело. В голове постоянно читала девочка, делая меня все слабее и слабее, разрушая по буквам барьер между моей жизнью и смертью. Через месяц я заметил, как моя кожа сильно пожелтела, волосы на голове стали интенсивно выпадать, зубы зашатались, появился кашель, ломота в теле, постоянная ноющая боль в области груди. Меня покидали силы.  Происходившие со мной изменения не могли не отразится на моей жизни. Я не успевал в работе, и меня уволили. Друзья, под чарами девочки монстра, которую они все, как один, принимали за мою младшую сестру Аиду, считали, что у меня всего лишь простуда. Со своей бедой я остался один на один.

Через несколько месяцев я уже не вставал с постели. Я понимал, что конец мой близок и совсем не ждал ничего хорошего, но вопреки логике и здравому смыслу, Аида начала ухаживать за мной, не дав сгинуть раньше времени. За время пребывания в нашем мире она сильно изменилась. За столь короткий срок она вдруг превратилась в молодую и красивую девушку. На вид ей теперь было около двадцати лет. Внешне она совсем не походила на того ребенка, которого я видел несколько месяцев назад. Неизменными остались лишь ее пронзительные зеленые глаза.