Читаем Крылья ночи полностью

Не знаю, кто в ней обитал, когда “Императрица” стартовала в свой последний, самый долгий круиз. Если уж вам очень это интересно, можете запросить в архивах фоторегистрационные карточки. Но в этой каюте были целые груды шелков, вываленных на пол из двух дорожных саквояжей; был туалетный столик, на котором теснились кристаллические коробочки, коробочки из ценных пород дерева, коробочки, украшенные драгоценными камнями… — одни эти коробочки как магнит притягивали Стину. А ведь там были еще и другие приманки, изобретенные на погибель женским душам. Она стояла перед туалетным столиком, когда совершенно случайно поглядела в зеркало — глянула и застыла.

Глядя поверх правого плеча, она могла видеть постель, накрытую покрывалом из шелка, тонкою, как паутинка. Прямо в центре постели лежала кучка драгоценных камней — как будто кто-то, играя, вывалил на покрывало содержимое коробки с ювелирными изделиями. Бэт прыгнул к ножкам постели, выгнул спину и задрал хвост, как обычно это делают кошки, и следил за камнями. За камнями и чем-то еще!

Стина не глядя протянула руку и схватила первый попавшийся флакон с духами. Она откупорила его и, делая вид, что оценивает запах, продолжала следить за отражением постели. Из кучи драгоценностей поднялся украшенный камнями браслет — поднялся в воздух и тихонько названивал смертельно опасную, но чарующую песнь сирен. Как будто невидимая рука поигрывала им с ленивой грацией… Бэт почти неслышно шипел. Но он не отступал. Он еще не принял определенного решения.

Стина поставила флакон на столик. А затем она поступила так, как, пожалуй, смог бы поступить не каждый из тех хвастунов, чьи сногсшибательные истории она в течение долгих лет слушала в различных портовых кабаках. Не выказывая ни единого признака спешки или беспокойства, она двинулась в обход комнаты. И хотя она приблизилась к постели, драгоценностей она не тронула. Она не смогла заставить себя сделать это. В течение пяти минут она разыгрывала беспечную дурочку. Дальнейшее решил Бэт.

Он отпрыгнул от постели и двинулся к двери, явно сопровождая нечто и держась от этого нечто на разумном удалении. Затем он дважды громко промяукал. Стина последовала за ним и распахнула дверь пошире.

Бэт пошел прямо по коридору, целеустремленно, как гончая по горячему следу. Стина брела сзади, сдерживая шаг, имитируя неспешную походку исследователя. То, что двигалось перед ними, было невидимо, но Бэта это не смущало.

Они должны были войти в пилотскую рубку почти наступая на пятки невидимке — если, конечно, у невидимок есть пятки, в чем можно было усомниться, — но Бэт застыл, изогнувшись, на пороге и не двигался дальше. Стина бросила взгляд на приборные панели и пилотские кресла, где работал Клифф Моран. Ее башмаки ступали бесшумно по толстому ковру, так что он ничего не услышал и не обернулся, а продолжал сидеть, что-то напевая сквозь зубы и проверяя цепи управления. Механизмы, которыми не пользовались многие годы, реагировали на команды неохотно и с задержкой.

На взгляд человека, никого постороннего в кабине не было. Но Бэт все еще преследовал нечто движущееся, нечто, чему он явно не доверял и что ему очень не нравилось. Ибо сейчас он шагнул вперед на шаг или два, и его отвращение явственно проглядывало в изогнутом позвоночнике и в каждом стоящем дыбом волоске. И в этот самый миг Стина увидела, как что-то мелькнуло туманным силуэтом на фоне согнутой спины Клиффа, как будто невидимка пересек пространство между ними.

Но почему оно стало заметным только на фоне Клиффа, а не на фоне сидений, или панелей, или стен коридора, или покрывала на постели, где оно лежало или сидело развалясь и поигрывая своей добычей? И что видел Бэт?

В обширном хранилище ее памяти, служившем ей верой и правдой в течение многих лет, со щелчком приоткрылась полузабытая дверка. Одним быстрым движением она сорвала с себя комбинезон и набросила мешковатую одежку на спинку ближайшего кресла.

Бэт теперь уже урчал и хрипел, испуская усиливавшиеся горловые звуки, которые были его боевой песней. Но он пятился назад и назад, к ногам Стины, отступая от чего-то, с чем он не мог сразиться, но на что он смотрел с вызовом. Если бы кот смог заманить это за собой, чтобы оно очутилось на фоне свисающего с кресла комбинезона… Он должен это сделать — это их единственный шанс!

— Что за… — Клифф встал из своего кресла и удивленно пялился на них.

То, что он видел, должно быть, представляло впечатляющее зрелище. Стина стояла с обнаженными руками и плечами; ее обычно завязанные в тугой узел волосы свободно болтались вдоль спины. Сжав губы и сузив глаза, она прикидывала и вычисляла их единственный шанс на спасение. Бэт, извиваясь на брюхе, отступал перед пустым воздухом и завывал как демон.

— Кинь мне бластер, — спокойно приказала Стина, как если бы они все еще сидели в “Королевском Ригеле”.

И так же спокойно Клифф выполнил просьбу. Она поймала оружие на лету и прицелилась. Рука ее была тверда.

— Стой, где стоишь, и не двигайся! — предупредила она. — Назад, Бэт, замани его назад.