— Боюсь, ты заблуждаешься, — хихикнул Приз. — Неужели тебе когда-нибудь раньше удавалось так логично рассуждать о месте бога в мироздании и его предназначении? Ты что, философ?

— Хватит! — сказал Кармоди. — Лучше вот что: о каком это недостатке Мелихрона ты мне твердил?

— По-моему, он бросается в глаза. Подумай часик — может, и дойдет.

— Да ну тебя к черту! Скажи толком!

— Ведь Мелихрон хромой! — засмеялся Приз. — Это у него генетическое. И он никогда не знал, что это недостаток. Он же бог и потому отвергает сравнительную науку. И все, кого он сотворил, были созданы по его образу и подобию непременно тоже хромыми. А с внешним миром Мелихрон почти не общался, и поэтому уверен, что все хромые — нормальные, а все нехромые — существа с забавным изъяном. Всемогущ бог или нет — неважно Первейшее в том, что он все мерит лишь собой. Неумение сравнивать — основной порок богов! Учти на случай, если сам вздумаешь стать богом!..

— Я? Богом?

— А почему бы и нет? Профессия как профессия только титул громкий. Быть богом не легко. Но и не труднее, чем стать серьезным поэтом или, скажем, первоклассным инженером.

— По-моему, ты спятил! — Кармоди ощутил в себе религиозный трепет, который не вполне вязался с его атеизмом.

— Ничуть. Просто я лучше знаю мир, чем ты. Но сейчас приготовься.

Кармоди обернулся и увидел три фигуры, пересекающие луг. За ними в почтительном отдалении следовал десяток других.

— Тот, — что в середке, — Модсли, — сказал Приз.

— Он выглядит, как человек.

— Точно, — согласился Приз. — Такой облик моден в этой части Галактики. Поэтому и ты можешь обратить на себя его внимание и даже вызвать симпатию своей человекообразностью.

— Само собой разумеется, — гордо сказал Кармоди.

— Не так просто, как кажется, — сказал Приз. — У нас с Модсли разные натуры, и я поэтому не всегда его понимаю и предугадываю. Но кое-что все-таки тебе посоветую. Он инженер — опытный и эрудированный. Всегда очень занят и поэтому рассеян, особенно когда увлечен новыми испытаниями. И вот в рассеянности все, что ни попадется, он принимает за материал для своих конструкций. Мой приятель Дьюер Хардинг был как-то приглашен к нему в гости. Но Модсли не заметил, что это гость. И превратил бедного Дьюера в три поршня и коленчатый вал — совершенно без злого умысла. Он теперь выставлен в Модслиевском музее истории двигателей.

— Ужас какой, — сказал Кармоди. — И помочь нельзя?

— Никто не берется указывать Модсли на ошибки. Он терпеть не может их признавать и совершенно выходит из себя. Но тебе нечего тревожиться. Модсли совсем не злой. Наоборот, он добросердечный малый. Любит, как и все, чтоб его хвалили, но ненавидит лесть. Так что говори с ним свободно и прямо. Восхищайся, но не слишком. Согласен — соглашайся, не согласен — возражай, только не упрямься, не впадай в критиканство. Короче, соблюдай умеренность, пока не дойдет до крайности.

Кармоди хотел было сказать, мол, чем так советовать, лучше бы ничего не советовать, но было уже некогда. Модсли очутился совсем рядом — высокий, седоволосый, в джинсах и кожаной куртке. Он шагал напрямик, оживленно разговаривая с двумя спутниками, одетыми в комбинезоны.

— Добрый день, сэр, — отчетливо сказал Кармоди. Шагнул было вперед, но тут же ему пришлось отскочить в сторону, чтобы это трио, увлеченное разговором, не сшибло его с ног.

— Скверное начало, — шепнул Приз.

— Заткнись! — прошипел Кармоди и поспешил за Модсли.

ГЛАВА 11

— Значит, это она и есть, Орин, а? — спросил Модсли.

— Да, сэр, — гордо сказал Орин, тот, что шел слева. Ну, как она, сэр?

Модсли медленно обвел взглядом луга, горы, солнце, реку, лес. Его лицо было непроницаемым.

— А вы что думаете, Бруксайд?

— Ну, сэр, — запинаясь начал Бруксайд. — Ну да, я думаю, что мы с Орином сделали хорошую планету. Безусловно, хорошую, если учесть, что это наша первая самостоятельная работа.

— И вы согласны с ним, Орин?

— Конечно, сэр.

Модсли нагнулся и сорвал травинку. Понюхал ее, отбросил. Пристально посмотрел на сияющее солнце и процедил сквозь зубы: — Я поражен, воистину поражен… Но самым неприятным образом! Я поручил вам двоим построить мир для одного из клиентов, а вы преподносите мне это! И вы всерьез считаете себя инженерами?

Помощники замерли, как мальчишки при виде розги.

— Ин-же-неры! — отчеканил Модсли, вложив в это слово добрую тонну презрения. “Творчески оригинальные, но практичные, умеющие построить планету когда и где угодно”. Вам знакомы эти слова?

— Из рекламной брошюры, сэр, — сказал Орин.

— Правильно, — кивнул Модсли. — И вы считаете, что это вот — достойный пример творческой и практичной инженерии?

Оба молчали. Затем Бруксайд брякнул:

— Да, сэр, считаем. Мы внимательно изучили контракт. Заказ был на планету типа 34 Вс4 с некоторыми изменениями. Это мы и выстроили в точности. Конечно, здесь только уголок планеты. Но все же…

— Но все же по нему я могу судить, что вы натворили вообще, — сказал Модсли. — Какой обогреватель вы поставили, Орин?

— Солнце типа 05, сэр, — сказал Орин. — Оно полностью соответствует условиям заказа.