— Вот, — указал он Скуратову на Мировича, — новый управляющий безумными проектами нашей компании. Будет выполнять при мне ту же функцию, что я играю при государях. Разница: я свои проекты придумываю сам, Василию же предстоит расхлебывать плоды моей фантазии, что делает его работу еще более сложной. Видишь ли, мне с некоторых пор нужны деньги. На флот, на дворец, на машину миров, на строительство Дор-Иннина — город не сразу встанет на ноги, придется помогать. Правда, о том, что я им помогаю, я лаинцам не сообщу. Пусть думают, что сами. А то, чего доброго, привыкнут к доброму дяде. Так или иначе, мне нужны средства. Запустить лапу в казну не позволяет совесть. И жена, по должностным обязанностям. Не для того же мы в стране порядок наводили, чтобы самим воровать! Сейчас у нас идет перевооружение. Я решил скупить — якобы как сырье — старые гладкоствольные ружья, пушки, заряды к ним и продать все это иноземцам. Конечно, так, чтобы России боком не вылезло. Следствие: продавать придется далеко. Так что со следующей недели начинаем дальние рейсы. Пока — для ознакомления с потенциальными покупателями. Первый визит — в Майсур, к Хайдару Али, в Хайдарабад и к маратхам. Жена моя говорит, яицкое восстание никак не обошлось без британских агентов. А долг платежом красен…

Скуратов остолбенел. Скажи это кто-нибудь другой, он потребовал бы у собеседника пойти посмотреть на карту. А лучше — на глобус. Для наглядности.

— Вопрос один, — продолжал меж тем Баглир, — лучше лететь от Оренбурга или от Астрахани? Это я оставлю на ваше усмотрение, так же как и организацию воздушного порта на юге. Он там все равно нужен, так что помощь от казны обеспечена…

— Это хоть вообще возможно? — тихонько спросил Скуратов.

— Ну а почему нет? Да, большую часть пути придется проделать по ветру. Николай Сергеевич, вас же кругосветки не удивляют?

— Нужен уголь!

— Уголь для полета по ветру? Я это слышу от офицера флота? От Монреаля до Стокгольма мы на угле давеча дошли? — ехидно спросил Мирович.

— А водород вам действительно нужен. Но он так хорошо сжимается, что взять его с собой можно будет достаточно, — умиротворяющее прибавил Тембенчинский.

— Тогда зачем лайнеры делают остановку в Нижнем? Сразу из Петербурга в Москву не могут? По ветру-с?

Тембенчинский поморщился, как человек, уставший повторять одно и то же. На человеческом лице была бы, верно, видна неприятная брюзгливость, но перья отразили только утомленное снисхождение.

— Там другое дело. Там надо выдерживать расписание. В зной и ветер, в туман и грозу… От вас я ничего подобного не требую. Надо просто долететь и вернуться. Понадобится неделя — летите неделю. Понадобится месяц — я не тороплю.

И так вышло, что ругался Скуратов и перебирал аргументы против безумного предприятия, уже шагая к эллингу, а подсознание прикидывало объемы необходимых в дальнем путешествии грузов. Когда же к нему зашел Мирович — уточнять детали, корветтен-капитан ловко ухватил его за пуговицу.

— Значит, ты теперь невозможным занимаешься? — прошипел в лицо. — Что ж, начинай творить: мне нужен промежуточный воздушный порт на пути в Индию. Фергана, Бухара, Хива, Коканд… Выбирай сам!

Мирович задумчиво хмыкнул.

— С ханами мы вряд ли договоримся, — заметил он, — придется силой. А вот с Яицким, пардон, ныне Уральским казачьим войском — вполне. Охотников я подберу тысяч до десяти и доведу. Твое дело будет снабжение и огневая поддержка. Ну и вообще — висеть в воздухе для поднятия духа. А также распугивать туземные войска. Пушки их уже не пугают. А вот если дирижабль?

Скуратов отпустил пуговицу, изобразил мышление, наморщив лоб.

— Нам надо прибыль заработать, — напомнил, — а твои казачки задарма не пойдут.

— Уральские пойдут. У них хивинцы вот где, — черкнул рукой по шее Мирович, — да и из остальных войск охотников найдется. Казаки — не москали. Стенька Разин в походах на Персию большое жалованье, ты думаешь, платил? А те, кто брал Азов, Крым жег? На кочах на утлых перся незнамо куда? По собственной, заметь, инициативе, безо всякого приказа. Из удали, ради добычи, ради славы — все вместе! Вот только это затянет дело, надо светлейшему сказать…

К походу на Хиву и Бухару Баглир отнесся благосклонно.

— Порт подскока, — запустил он новенькое словцо, — это хорошо, это правильно. Именно сеть портов подскока будет определять пространство войны и власти в ближайшем грядущем. Что ж, компания имеет право заниматься международной торговлей и владеть землей за границей. Я поначалу подразумевал землю под воздушные порты — но это можно истолковать и как дозволение на завоевание новых территорий. Дерзайте, господа, и вы станете вице-королями. Хотя у нас же не королевство, у нас империя. Вице-императорами! Но себя не забывайте, вспоминайте судьбы конкистадоров. Зверства да грабеж чести и счастья не приносят… А я свое отгулял. Буду сидеть в столице и ждать ваших реляций. А ежели меня что-нибудь и вытащит с насиженного места, это будет уже совсем другая история!

Эпилог