Читаем Кровные узы полностью

Омас как раз смотрел головизор, стоявший в его личном кабинете, и включенный теперь постоянно.

— Дипломатия через голоновости, — раздраженно сказал он.

Ниатхал кивком предложила Джейсену сесть рядом с ним – небольшая психологическая демонстрация единства перед лицом Главы Государства, не желающего принимать необходимое решение.

— А вы ожидали, что Сал–Соло возьмет коммуникатор и спросит вас разрешения снова начать работать над восстановлением «Балансира»?

Джейсен незаметно покосился на нее. Сейчас выражения ее лица стало интерпретировать не труднее, чем эмоции. Адмирал была довольна.

— Не думаю, что у нас есть выбор, — сказал он. – Мы не можем это проигнорировать.

— Терпеть не могу эту формулировку, — Омас выключил звук. – Поскольку в наши дни это обычно правда.

— Я собираюсь использовать два флота для изоляции Кореллии, — сказала Ниатхал. – Прошу вашего разрешения на отзыв с учений во Внешнем Кольце Третий и Пятый флоты.

На лице Омаса было выражение покорности судьбе, однако сталь в его голосе говорила обратное. – Для этого мне прежде нужно получить санкцию Сената.

— Выведение двух флотов на позиции для начала блокады потребует времени. Вы начнете процесс согласования в Сенате, а мы начнем организацию переброски. Таким образом, к моменту получения санкции мы будем готовы к развертыванию

— «Мы»? – многозначительно спросил Омас, глядя на Джейсена.

— Силы Обороны, — сухо ответила Ниатхал.

«Что ж, Глава государства, в конце концов, вы поняли» — подумал Джейсен. – «Да, мы приняли ту или иную сторону, и она – не на твоей стороне».

— Не опережайте события, — заметил Омас. – Мне придется представить это как предложение в связи с чрезвычайной ситуацией. Мы должны убедить поддержать нас остальных членов Альянса.

Однако этот результат был неизбежен, насколько это касалось Ниатхал. Джейсен вышел за адмиралом в коридор, и они направились в ее кабинет, находившийся в дальнем конце зала совещаний. Оба не говорили ни слова, пока за ними не закрылись двери кабинета, и мон–каламари не нажала несколько кнопок на ее рабочем столе.

— Просто для гарантии, — отметила она. – Это защищенная линия, которая не проходит через центр связи Космофлота.

— Вы ведь собираетесь отозвать эти два флота уже сейчас, так?

— Мне не требуется санкции Сената, чтобы изменить место проведения учений.

— Значит, вы просто вернете их для проведения учений… на базе.

— Почти, — адмирал нажала еще несколько кнопок. – Нет смысла давать врагу время подготовиться к блокаде, поскольку это просто увеличит ее продолжительность. Я уже спланировала порядок осуществления блокировки.

— Зона полного запрета полетов?

— Нет, две зоны. Вторая предназначена для того, чтобы не дать Кореллии возможность пополнять запасы «Балансира» с других планет системы. Если мы полностью положимся на изоляцию Кореллии от других звездных систем, потребуются годы для того, чтобы эмбарго дало эффект. Однако если они не смогут доставлять материалы на «Балансир», это позволит намного быстрее завершить это дело.

Джейсен подумал о большом количестве орбитальных заводов, окружавших планету.

— Это означает необходимость создания двух линий заслона в качестве «чистых зон».

— Именно поэтому мне потребуются два флота. Я собираюсь довести этот план до командующих флотами. Они займут позицию в нескольких часах лета от Кореллии и к моменту, когда Сенат скажет свое слово, будут готовы к развертыванию.

— Вы уверены, что им можно доверять?

— Они оба – мон–каламари. Да, я им верю.

— Омас начинает трусить.

— Он может трусить сколько угодно, но Сал–Соло не просто отказывается разоружиться, он перевооружается. Я думаю, что это все же должно привлечь внимание Альянса.

Джейсен услышал внутри голос Лумайи, напоминавший ему о неизбежности происходящего, и что если он примет свою роль – свой долг – в этом, то сможет восстановить порядок в галактике.

Он подумал о пяти годах, которые провел, изучая скрытые философии Силы, и задумался, что еще могла показать ему Лумайя, чтобы сделать его истинным Повелителем–ситхом. Он не представлял, что это может быть. Значит, он просто воспользовался неясными идеями и мыслями, которые возникли в его голове, не зная их источник или значимость, но с готовностью допуская, что ключом к ним может быть его интуиция.

Он полагался на инстинкт, а не на разум.

«Чувствуй, а не думай».

Даже джедаи учили его этому.

«Видишь, ты уже даже не считаешь себя джедаем».

Джейсен не имел ни малейшего понятия, чей это был голос – его собственный, Лумайи, чей–то еще – однако уступил ему.

— Я хотел бы участвовать в осуществлении блокады, — заявил он.

Ниатхал спроецировала на стену голокарту Кореллианской системы и отошла, чтобы изучить ее. – Вы пилот истребителя, так? Как и ваша сестра.

— Я хотел бы получить командную должность.

— Командовать кораблем?

— Эскадрильей. Я удивил вас, не так ли?

— Я полагала, что вы уже занимаете довольно существенный пост, в качестве руководителя Гвардии Галактического Альянса.

— Я бы хотел показать, что я готов сражаться и в первых рядах, — сказал Джейсен.