Читаем Кровавый век полностью

Выход из ситуации дискриминации может быть разным. Можно строить систему равенства составляющих, исходя из компромисса между группами (в числе которых еврейская этническая группа). Можно ликвидировать сам принцип коммуникации через групповые репрезентации и перегородки, исходя из того, что каждый индивид оценивается исключительно по его личным качествам. Можно сначала помирить всех Монтекки со всеми Капулетти как род с родом, и потом это позволит Ромео и Джульетте любить друг друга и жениться. Можно любить, не спрашивая, «по происхождению» ты из Монтекки или же из Капулетти.

Это и является либеральным и европейским принципом.

Реально сказанное значит, что образование еврейского национального государства не решает проблемы «обособление или ассимиляция», а создает новое соотношение – евреи в Израиле и евреи вне Израиля. Повысив социальный вес еврейского сообщества в мире, государство Израиль укрепляет позиции евреев в «порах чужого общества» и облегчает ассимиляцию евреев, которая является желательным процессом с точки зрения европейских демократических обществ и с точки зрения евреев, которые в них проживают.

Отсюда еще один параметр проблемы «обособление или ассимиляция». Израиль, как родина всех евреев, «едут» они туда или нет, должен быть не только политическим, но и культурным центром, по своему уровню выше, чем уровень ассимилируемого или полуассимилируемого еврейства наиболее цивилизованных стран.

Для этого Израилю необходимо иметь такой высокий интеллектуальный уровень, которого достичь можно только на базе чрезвычайно квалифицированной иммиграции.

Трудности здесь легко себе представить. В Израиль ехали гордые патриоты, но также – и все-таки больше всего – люди, которые не могли найти своей судьбы в странах обитания. Вряд ли кто-то осмелится утверждать, что в Израиле живет элита международного еврейства. Полувоенный быт не позволяет создать условия, привлекательные для разного рода концертов, театральных спектаклей, выставок, научных конгрессов и подобных культурных событий. Перед израильским обществом может появиться угроза провинциализации и даже культурной изоляции от евреев вне Израиля, тем более, что иврит пока еще не стал языком большинства в мировой еврейской диаспоре и таким образом отделяет ее от культурной жизни Израиля.

Еврейское государство не может позволить себе превратиться в культурное местечко и вообще законсервировать те черты, что в период голута – диаспоры-изгнания – держали евреев в еврействе. Особенно потому, что среди ассимилируемых или полуассимилируемых евреев цивилизованных стран нередко – цвет наивысшей мировой и местной (национальной) культуры.

С проблемами культурных ориентаций израильского общества связаны и оценки разных еврейских политических групп.

Сама по себе идея возрождения еврейской нации как альтернатива идее ассимиляции еврейства в европейское общество является – по крайней мере на первый взгляд – идеей глубоко консервативной. Еврейская диаспора должна была не просто вернуться на землю предков, но и учредить общество на принципах сохраненных или возрожденных очень давних традиций. Первые волны колонизации Палестины и были приспособлением диаспорных еврейских обществ к условиям местного арабского культурно-экономического быта. Попросту говоря, приезжие евреи хранили быт и организацию, привезенные ими из городов Европы и городов России, а для возделывания купленной на месте земли нанимали арабских рабочих.

Это сразу породило проблемы, антагонизмы и расколы в сионистском руководстве.