Споры не останавливались на протяжении получаса, мы с Уилом и Валерианом не вмешивались, позволяя великим умам моего королевства высказаться в полной мере. Однако и мое терпение небезгранично.

— Хватит. — Громко провозгласила я, и молчание членов Сената стало для меня счастьем. — Я не считаю нужным доказывать кому-то в этой комнате что-то, и почему я это сделала. Прошла коронация и, значит, я полноправно могу отдавать распоряжения. Вне зависимости от вашего мнения. Мне, простите за грубость, плевать, что вы думаете.

— Я тоже считаю, что каждый человек ценен. — Поддержал меня Валериан. — Поэтому, думаю надо обезопасить границы и отправить войско в ту деревню.

Слова короля Майринера послужили должным образом.

— Ладно, раз уже ничего не поделаешь, пусть будет по-твоему, Элиза. Скажи спасибо твоему жениху. — Выдал дядюшка под кивки остальных старцев.

— Я тоже пойду с армией. — На меня тут же уставились не только Сенат, но и Валериан с Уильямом. Взгляды их были очень неодобрительными, скорее тревожными и предупреждающими.

Члены Сената же пытались не выдать свою радость сияющими улыбками. Надеются, что я больше не вернусь и присоединюсь к своим родителям и брату. К слову, я не была такой дурочкой, какой они меня считали. Момент с моей заменой я продумала.

— Валериан, любимый, тебя можно попросить об одолжении? — Поспешила стереть улыбки на лицах стариков, и, дождавшись настороженного кивка жениха, продолжила. — Возглавишь Ардент, пока я буду отсутствовать?

Глава 6

— Ох, Мерьем ты можешь ослабить этот чертов корсет? Я ведь задохнусь, — еле произнесла я.

— Прошу прощения, Ваше Величество, все переживаю за вас, как же вы так уедете, на кого нас оставите, — служанка, все не переставая, тараторила.

В то время я ослабляла хватку корсета, надетого на черную плотную хлопковую рубашку с расшитыми серебром манжетами, облегающие брюки из кожи впервые демонстрировали стройные ноги и округлые бедра. Немного покрутившись перед зеркалом, я мысленно усмехнулась — да, прекрасна… Вот только здесь вместо титула королевы явно подходит статус разбойницы. Маленький кинжал, подаренный Корнелиусом, я спрятала в сапог, а Мерьем, увидев его, прикрыла рот рукой и громко ахнула.

— Вам бы замуж, да наследников рожать, а не с нечистью бороться! Единый, что же твориться? Сбереги нашу королеву! — Служанка забегала взад-вперед, собирая самые необходимые личные вещи.

«Сумасшедшее утро.» — Подумала я и принялась за завтрак.

Свежезаваренный чай и еще теплая сладкая булочка с маслом приятно скрасили весь этот переполох по случаю моего отъезда из столицы. Возможно, не самое мудрое решение покинуть дворец, но Валериан обещал заботиться о моем народе, а я просто не могу позволить нечисти пировать на моих владениях. Последний сундук собран, и стражники уже отнесли его к остальному экипажу. Мы решили выдвигаться на заре, пока большинство жителей спокойно спали в своих домах, покинуть столицу, не привлекая особого внимания и не создавая шума.

Дверь с грохотом отворилась, и в покои вбежала Кэсси. Ее глаза опухли от слез, а кожа совсем побледнела, но она была все так же прекрасна и чиста, как ангел, в своем светло-голубом платье с белым воротничком. Захватив меня в крепкие объятия, кузина разрыдалась, давая волю эмоциям.

— Что такое, милая? — Я погладила девушку по спине и вдохнула ее ежевичный аромат.

— Ты уезжаешь совершенно одна в неизвестную нам деревню. А вдруг, это ловушка? — Кассандра подняла на меня свои большие графитовые глаза и шепотом продолжила. — Вдруг тебя убьют? — Слезы кузины продолжали течь по щекам.

— Я еду с самыми сильными огненными магами и солдатами, со мной все будет в порядке. Да и дедушка Корнелиус, если что, присмотрит. — Мне пришлось приложить недюжинную силу, чтобы не показать Кэсси свой страх. Она была слишком чуткой и ранимой, а если бы узнала о моих переживаниях, места бы себе не находила.

Я не хочу быть эгоисткой, но желания умереть раньше времени у меня не было. Если первая часть солдат не справилась, то какие у нас будут шансы выжить? «Нужно быть готовым к худшему, чтобы не разочароваться в провале.» — Так всегда говорил мне папа.

Мы присели вдвоем на край кровати и, держась за руки, стали болтать, обо всем и в тоже время ни о чем, тему с походом я старалась больше не поднимать, чтобы не расстраивать мою маленькую, хрупкую Кэсси.

— А как там поживает твоя матушка? Ты уже говорила с ней о поступлении в Академию?

Кассандра очень любила рисование, она жила этим и ее талант был виден каждому, но только не матери. Она мечтала быть известным художником, расписывать дворцы, поместья… Она хотела создавать искусство… Однако, вместо этого, леди Изабелла заставляла ее изучать этикет, языки, танцы, и, кажется, даже вышивание. Она создавала из нее удачную партию для одного из лордов или их сыновей, лишь бы преувеличить свои капиталы. Я много раз разговаривала с Кэсси, что это ее жизнь и только ей решать, как прожить ее достойно, но мои слова так и не были услышаны.